Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше




НазваниеДина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше
страница2/11
Дата публикации27.09.2013
Размер1.36 Mb.
ТипДокументы
shkolnie.ru > Математика > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Глава 5

Три у Будрыса сына


Гелька спит, сморившись в тени орешника, а Ритка и татка сидят рядом и смотрят, как по пологому овражку разбрелось невеликое деревенское стадо. Клички у коров все ласковые. Вон Дочка, с обломанным рогом, вон черная Ночка, вон Марка Хетчиковых, вон Снежка — Снежка это их корова, Новаков.

Снежка белая с рыжими чулочками. Ритке очень нравится, что их корову так зовут, ей кажется, оттого у нее и молоко такое вкусное.

— Если бы я не боялась коров, — вздыхает Ритка, — я бы, татка, хоть целый день за тебя их пасла, а ты бы спал, отдыхал, да?

Татка в ответ гладит ее по голове черной загорелой рукой с обломанными ногтями. Ритка замирает — татка очень редко гладит Ритку.

И Ритке хочется еще поговорить.

— А вот почему, татка, у тебя такое имя — ни у кого такого нет? У нас в деревне кто? Николай, Михаил, Петр Кифирыч, Серега, Василий Дмитрич, Сашка Петрович Хетчиков. А ты Феликс. Они поэтому тебя дразнят?

Ритка задает этот вопрос, а сама немного трусит: а вдруг татка рассердится, обидится на нее. Кому же приятно, когда про такое говорят?

Хотя в деревне у многих прозвища.

Вот приходила к Вере Муратовне Маня, так ее зовут Ванихой. Это потому что муж у нее был Иван. А самого Ивана звали Жених. Наверное, жениться он любил. Хетчиковых зовут Мухоморы, Ритка и не знает почему. Бабка Хетчикова сидит на крыльце, мух отгоняет, ей сто лет, она вся-вся в морщинах, и руки у нее покрыты пятнами. Может, потому они мухоморы?

А их, Новаков, всех вместе зовут поляшками, а татку отдельно Феличитой.

— А что, — усмехается татка. — Феличита — это песня была такая, хорошая песня. По-итальянски, говорят, это означает «счастье».

— А Феликс — это откуда?

— А и Феликс оттуда же. Означает — счастливый.

Тут Ритка уж не может не спросить:

— Это ты, татка, счастливый?

Татка думает. Кусает длинную травину и думает. Молчит.

— Может, и счастливый. Никто этого про себя сказать не может, пока жизнь не проживет.

— А поляшки мы, потому что поляки?

Ритка не очень знает, как это — поляки? Вроде все у них как у других людей. Ноги, руки, голова. А они почему-то поляки.

— Поляки, — кивает татка. — И ты у меня полячка младая! — смеется он. — И Гелька вон — тоже полячка младая!

Ритка помнит!

Однажды — очень-очень давно — Ритка болела. У нее была высокая температура и болели уши. Мамки дома не было, врач никак не шла, а Ритка плакала, потому что было очень больно.

И тогда татка сказал:

— Ритка, не плачь, врач сейчас придет, а вот слушай, я тебе сказку расскажу.

И начал рассказывать. И все в этой сказке было очень ловко одно к одному. Ритку качало этой сказкой и уносило куда-то. Там жил какой-то старый Будрыс, и у него было три сына. И все они поехали на войну. И хотели они привезти отцу золота и бриллиантов, много-много. А каждый привез полячку младую.

Ритка все время помнила эту сказку как сон, потому что под конец она уже уснула и не знала, чем закончилась история с тремя сыновьями. Наверное, свадьбой, как любая сказка.

— Татка, а расскажи еще раз. Про Будрыса…

— A-а, ты запомнила? Память у тебя, Ритка, крепкая, ничего не пропадает. Ну, слушай.

И татка начинает:

Три у Будрыса сына, как и он, три литвина.
Он пришел толковать с молодцами.
«Дети! Седла чините, лошадей проводите,
Да точите мечи с бердышами.
Справедлива весть эта: на три стороны света
Три замышлены в Вильне похода.
Паз идет на поляков, а Ольгерд на прусаков,
А на русских Кестут воевода…»

— На тараканов? — удивляется Ритка.

— Каких еще тараканов? — сбивается татка.

— Ну ты сказал: на прусаков. Тараканов бить?

— Тьфу, Ритка, ничего ты не понимаешь. Смотри, они были литвины. Пошли воевать с русскими, поляками и прусаками. Был такой народ — прусы, прусаки. Сейчас уже нет, а раньше была страна Пруссия, и король там был, Фридрих. А будешь меня перебивать, — перестану рассказывать, — сердится татка.

— Не буду перебивать, рассказывай! — просит Ритка, замирая.

— А хочешь, я тебе по-польски расскажу? — вдруг воодушевляется татка. — Ты ведь по-польски и не слышала никогда?

— А как это, по-польски?

— Есть такой язык, польский. На нем в Польше говорят. Твоя бабка, моя мать, была полька. И мы дома только по-польски говорили. А потом…

— Что потом?

— Потом бабка умерла, а я женился. На твоей мамке, — почему-то зло говорит татка.

Ритка, которая привыкла очень чутко слушать, какое настроение у взрослых, тут же спешит погасить его злость:

— Давай по-польски, татка, а я пойму?

— А ты пойми.

И татка несколько секунд смотрит в белесое небо, подернутое июльским вечерним маревом.

И говорит потом что-то очень красивое и совсем почти непонятное Ритке.
Глава 6

Про директора школы


Хоть в Загибаловке и живут чужие люди — загибаловцы, а только придется Ритке туда ходить каждый день. Всю Загибаловку насквозь проходить, домов двадцать. Будут из каждого окна смотреть вслед Ритке люди-загибаловцы, но ни на кого не будет смотреть Ритка. У Ритки будет важное дело.

Август уже кончается, скоро осень, а осенью Ритка в школу пойдет. Все дети учатся в школе, и Ритка будет.

Большая старая школа как раз на пригорке в самом конце Загибаловки. Двенадцать широких окон по фасаду, красивый дом, деревянный, одноэтажный. Вокруг сад-огород. Морковь, капуста, картошка. Это прежняя директор школы развела. У нее квартира была прямо в школе, и вход отдельный с торца.

Есть у Ритки приятель Вовка. Он уже почти взрослый, в третьем классе. Зимой как-то Вовка позвал ее с собой, говорит, пошли за директором подсматривать.

Они тогда в темноте всю Загибаловку пробежали, все собаки их облаяли. Перелезли Ритка с Вовкой через штакетник и подобрались к окнам сбоку школы.

Ритка думала, там что-то интересное будет. Может быть, у директора по всей комнате ковры — и на полу, и на стенах. А может, у нее там книги до потолка и тетрадки везде. А оказалось совсем неинтересно: сидит директор школы у себя на кухне, стол клеенкой покрыт, директор чай пьет и бутерброд с колбасой кусает. А на холодильнике у нее стоит телевизор, а по телевизору «Новости» идут. Скучно. Все как у людей.

Только потом директорша вдруг в окно посмотрела. Вовка шепнул:

— Прячься!

И Ритка быстро под окном присела. Сидела и тряслась: вдруг директорша ее заметила? Тогда они с Вовкой прочь поползли на животах. До угла. Все в снегу извозились. Обернулись тихонько назад, а там уже шторы задернуты и ничего не видно.

В этом году в школе новый директор. Старая уехала в район, надоело ей жить в глухомани. И летом приехала новая: большая толстая тетка. Ходит все время в джинсах, и стрижка у нее короткая, как у Риткиного татки.

Новая директорша пришла сегодня к Риткиным родителям. Мамка дома была как раз, только у нее опять голова болела.

Мамка так часто говорит: «У меня голова болит после вчерашнего».

А что вчера особенного было? Ничего. Гости были, шумели полночи. Так у мамки и татки часто гости.

Директорша зашла в избу, огляделась и поморщилась. А потом спросила, здесь ли живет Новак Маргарита семи лет.

Мать почему-то обрадовалась, заулыбалась, распустив красное лицо:

— Садитесь, садитесь. Здесь, конечно! Ритка, где ты?

Ритка на полатях притихла за занавеской, решила пока себя не выдавать, послушать, что дальше будет.

А директорша мамку ругать начала. Почему мамка Ритку до сих пор в школу не записала.

— Девочке полных семь лет, скоро восемь. Вы чего дожидаетесь, особого приглашения? Август на дворе. Покажите, что вы ей к школе приготовили? Портфель купили? Тетрадки? Учебники мы в школе дадим, а канцтовары надо самим приобретать. И принесите документы, мне ее оформить надо.

Ритка тут голову из-за занавески высунула и сказала гордо:

— Тетрадки у меня есть: две в линейку и две в клетку.

Директорша обернулась:

— Вот ты где прячешься! Спустись-ка сюда.

Отчего не спуститься? Вблизи директорша совсем не страшная оказалась. Только некрасивая. Ритка толстых не любит. Вот мамка у Ритки красивая, тоненькая, хотя уже не молодая. А директорша задом на табуретке не помещается.

И смотрит на Ритку строго, шевелит бровями.

— Ты читать умеешь?

— Не-е, — пробурчала Ритка, — Я только буквы знаю. А, бе, ве, ге, де, е… Ну, и другие.

— Вот читать в школе и научат, — вмешалась в разговор мамка, — и считать научат!

А директорша говорит:

— Знаешь, Рита, у меня дома в шкафу три больших чашки и четыре маленьких. Сколько всего чашек?

— Не знаю, — покачала головой Ритка. — Я у вас никогда в гостях не была, не видела.

А сама испугалась. Может быть, старая директорша рассказала новой, как они с Вовкой в окно подсматривали. Решила Ритка поскорее от себя подозрение отвести:

— А какие чашки? С цветочками?

— Понятно, — директорша грустно вздохнула. По лицу ее Ритка видела, что та недовольна. А чем недовольна? Как будто это Ритка виновата, что никогда директоровых чашек не видела.

— Ну, я пойду, — поднялась гостья. — Ты, Рита, приходи первого сентября в школу. Я буду в начальной школе преподавать. Вас в первом классе трое. Пошла бы в школу в прошлом году — было бы тебе веселее: второклашек у нас четверо, ты бы пятая оказалась.

Мамка тут вдруг засуетилась и говорит:

— А может, за знакомство? — И пытается полотенцем со стола сор смахнуть. — У меня нет, но я сбегаю…

Директорша почему-то вся потемнела лицом, брови черные свела и громко отказалась. Мамка ее до порога проводила, все извинялась, бормотала, что она уважить хотела, ничего, уважить только…

А Ритка тихонько с полатей слезла и на двор вышла. Смотрит: куры по двору ходят, Гелька со старой Риткиной куклой в углу возится.

Маленькая глупая Гелька. А Ритка большая, к ней директор школы приходила, звала ее в школу, без тебя, мол, никак, совсем в первом классе людей мало, очень Ритка нужна.
Глава 7

Боженька и сарафанчик в клеточку


— Муратовна, — спрашивает Ритка, — а почему мой татка знает всякие стихи, а мамка ничего не знает?

Вера Муратовна вздыхает:

— Так твой татка городской, грамотный, с образованием. А мать только коровам хвосты крутить умеет.

Ритка не понимает, о чем это Муратовна говорит. Во-первых, непонятно длинное слово «образование». Что оно означает?

У Муратовны в углу висит в красивой рамке бумажная картинка. Там женщина с желтым длинным лицом держит на руках длинного человечка, маленького, а как будто взрослый. Ритка однажды спросила про эту картинку, а Муратовна ответила: это Исусхристос и божья мать. Образ. И голос у Муратовны был торжественный, и она ткнула себя пальцами в лоб, да в пуп, да в плечо, да в другое плечо.

— И ты перекрестись, Ритка. Боженька тебе счастья даст. Мамка и папка одумаются, ладом жить начнут.

Ритка тоже потыкала себя пальцами в лоб и в пуп. Только не поняла, скоро ли это поможет для счастья. Но подумала: надо бы и им дома образ завести. Красивая картинка.

Только при чем тут татка? Может, в городе у него было много таких картинок, целое образование?

И про хвосты непонятно. Коровьи хвосты очень грязные, кому понадобится их крутить? Ритка никогда не видела, чтоб ее мамка занималась таким смешным и бесполезным делом.

— Он ведь, отец твой, даже в институте учился, — продолжает Муратовна. — А потом с мамкой твоей связался, и понеслось.

Непонятно говорит Муратовна. Ритке скучно. Она лучше будет представлять себе, какое ей мамка платье к школе купит.

Вчера они с Гелькой сидели во дворе, и Ритка мечтала.

— Я в школу пойду, ко мне сама директорша приходила, велела мамке, чтоб портфель купили и платье. В школу ходить — это, Гелька, очень важное дело. Поэтому мне мамка купит платье самое красивое. Два платья купит. Одно сарафанчиком, знаешь, как Лидушка Шмакова ходит, тут складочки, а тут пуговки на кармашках. В клеточку. А другое нарядное — красное-прекрасное, три оборки и вот тут вот…

Ритка задумалась, постучав себя по груди. Что выбрать — розу или кружева?

И решилась:

— На груди роза, а кружева по подолу и на рукавах. Как у принцессы.

А Гелька слушала и завидовала:

— Ритка, носи тихонечко, чтоб мне потом осталось поносить!

Гелька все время за Риткой донашивает, и Ритке не жалко — пусть Гельке тоже достанется потом принцессовое платье с оборочками и розой на груди.

Вот про это красное-прекрасное платье и рассказывает Ритка Муратовне. Но та говорит:

— Не пойдет тебе, Ритка, красное платье. Рыжим красное носить нельзя.

— А какое можно? — огорчается Ритка.

— Голубенькое. Голубенькое тебе, ясонька моя, будет очень ладно.

В Риткиной голове медленно угасает пожар мечты о красном платье. Она смотрит перед собой сосредоточенно и старается заменить красивую картинку в голове. На голубенькое.

Ну и ладно. Тогда Ритка расскажет про сарафанчик.

— Я в школу пойду в сарафанчике, как у Лидушки Шмаковой. Мамка мне купит. И портфель купит. А тетрадки у меня есть.

Только Муратовна почему-то не слушает Ритку, а смотрит на календарь.

Потом спрашивает:

— Ритка, а ты знаешь, какое нынче число?

Ритка пожимает плечами. Она знает, что дни называются понедельниками и четвергами, и еще номерами и месяцами — первое мая, третье июля. Только Ритка не знает, что к чему и что за чем. Ей это не нужно в жизни — жизнь и без этого идет замечательно.

Муратовна сует Ритке пряник с молоком и уходит куда-то торопливо.

Ритка не видит, что соседка идет прямиком к ним в избу и пытается растолкать спящую нелегким сном Риткину мать.

Злыми словами ругается Муратовна на Риткину мамку, причитая, что послезавтра первое сентября, а девчонке не купили ничего к школе, и о чем же они, Новаки, думают, и голую они, что ли, отправят Ритку в первый раз в первый класс…

— Не в этом же рванье, что на ней? — в отчаяньи стучит по столу Муратовна. — Ты же все мозги пропила, но хоть о дите-то позаботилась бы, если уж не о себе!

Риткина мать мычит что-то неразборчиво и вяло отмахивается от соседки. Она видит перед собой какой-то сон — сон наяву, и нет там ни соседки, ни Ритки, ни ее портфеля, ни сарафанчика.

И все же через два дня, первого сентября, Ритка стоит в школьном дворе с коротеньким букетом лохматых розовых и белых астр, с новым портфелем за спиной и в клетчатом сарафанчике. Сарафанчик Ритке велик, топорщится под мышками и закрывает тощие коленки. Но, во-первых, в магазине не оказалось размера поменьше, а во-вторых, Муратовна, одергивая на Ритке юбочку, сказала:

— Оно и хорошо, надолго хватит, класса до третьего, пожалуй. На вырост.

Это Муратовна пошла с Риткой в магазин и купила ей ручку, цветные карандаши, сарафанчик и портфель. Портфелей в магазине было всего два — с розовым пони и с глазастым автомобилем.

Ритка, конечно, выбрала себе пони.

Вон Вовка стоит, вон Лидушка Шмакова — она уже большая, в пятом классе.

А Ритка теперь первоклассница. Научится читать, писать, будет знать, какой день идет после понедельника и почему осенью опадают листья.

За спиной у двух Риткиных одноклассников стоят матери. А Ритку в школу привела Вера Муратовна. И теперь, когда звенит звонок и надо отправляться в класс, она торопливо крестит Ритку, и целует ее, и говорит:

— Ничего, ничего. Иди, учись, с Богом, в добрый путь, ясонька моя.
Глава 8

Математика и кролики


На школьном крыльце прибит скребок и стоит корыто с мутной водой. Надо сначала как следует поскрести подошвы о скребок, чтоб пласты жирной розовой глины отвалились, а потом потоптаться в корыте, чтоб еще немного смыть грязь.

Потом лежит на пути Ритки большая мокрая тряпка из старого и жесткого картофельного мешка. Об тряпку надо вытирать ноги, долго и тщательно.

Это новое слово, Ритка его в школе узнала. Тщательно — значит как следует, хорошенько.

Но только Риткины резиновые сапоги все равно остаются грязные. Наверное, потому что ей по грязи дольше всех идти — ее дом на другом конце деревни.

А на улице октябрь, все время идет дождь, с утра и до вечера. Серый дождь, красная глина. Сапоги прилипают к глине, и Ритке приходится наклоняться и держать их руками — так и бредет согнувшись.

Первый урок в школе — математика. Раиса Анасовна, директор, учит всех сразу: впереди у нее сидят первоклашки, за ними второй класс, потом третий и четвертый. Пока одни учебник читают, с другими она домашнее задание проверяет.

Ритка математику не любит.

Вот чтение и письмо — другое дело. Все удивляются, что пишет Ритка лучше всех. Ее тетрадку Раиса Анасовна даже пятиклассникам носила показывать. Мол, смотрите, балбесы, как можно красиво писать, а ведь всего только первый класс.

Ритка буковки пишет и тихонько поет себе под нос. Раиса Анасовна сперва ей делала замечания, велела молчать: у нас не урок пения! Но потом поняла, что Ритка так себе помогает красоту в тетради наводить, и договорились: пой, только тихо-тихо, про себя, чтоб почти не слышно было.

А математика — это скучно. Никак Ритка состав числа пять не может запомнить, как учительница ни бьется.

Вот вчера было просто, и совсем было поняла Ритка, что пять — это один и четыре, два и три, три и два, четыре и один.

А сегодня опять забыла. Два и… сколько? Шевелит Ритка пальцами и губами. А Раиса Анасовна сердится:

— Сожми руки в кулаки! В голове считай!

Ритка мучительно представляет в голове свою ладонь, мысленно оставляет два пальца.

— Три! — кричит она радостно.

— Сообразила, — кисло отзывается учительница, — все уже пятый пример решают, а ты только над вторым сидишь!

Нет, не любит Ритка математику, а математика не любит Ритку.

Примеры кончены, пора решать задачу.

Задача про кроликов. Из шерсти двух кроликов связали шапку. Сколько кроликов надо, чтобы связать две шапки?

Ритка смотрит в учебник и улыбается. Кроликов она очень любит. Это прямо про ее жизнь задача. Совсем легко решить.

Прошлой зимой татка вдруг принес откуда-то в дом трех кроликов. Двух беленьких и одного серого. Кроликам сделали загородку в углу избы, накидали сена, и они там смешно шебуршились. Ритка с Гелькой от загородки не отходили.

— А зачем кролики, татка?

— А вот пуха из них надергаем, Муратовна спрядет, и будет тебе или Гельке теплая пуховая шапка, — сказал татка.

Взял в руки одного кролика и дернул его за пушистый бочок. В руках остался клок белого легкого пуха.

Красивая шапка получится.

— А кролику не больно?

Татка сказал, что не больно. Что для того и пуховые кролики, чтоб пух давать.

Татка с мамкой спать завалились, а Ритка с Гелькой полезли к кроликам в загородку.

Конечно, Ритке тоже хочется себе пушистую вязаную шапочку, но ведь Гелька младше. Сначала свяжем ей, думает Ритка, а потом мне. Ой, а хватит ли нам на двоих на шапку?

— Иди, Гелька, сюда, будем проверять, хватит ли тебе пуха на шапку.

Посадила Ритка сестру перед собой в сено, взяла поперек пуза белого кролика, того, что попушистее был. И начала из него пух дергать. Дергает и к сестриной голове клочки прикладывает, смотрит — получается ли шапка.

Кролику не нравится, что его дергают, он вырывается и хочет убежать, да куда убежишь из загородки? Везде настигает его проворная Ритка.

Только нелегкое это дело — вымерить пух на шапку. Повыдергала Ритка кроличий бок клочками, смотрит — как раз полголовы Гелькиной в пуху.

Что ж, раз полкролика на полголовы хватило — значит, всего кролика на целую голову хватит.

— Не бойся, Гелька, хватит тебе на шапку, а мне еще второй кролик останется.

— А третий?

— А из третьего варежки свяжут, серые.

Ох, как смеялся татка, когда кролика увидел! А клочки пуха потом по всей избе долго носились.

Только не вышло из кролика шапки, продал их татка кому-то, когда ему деньги срочно понадобились. И опустела загородка. Гелька тогда полдня ревела, а Ритка реветь не стала — крепилась, что она, маленькая, что ли.

— Так сколько кроликов получится, Новак? — возвращает Ритку в класс голос Раисы Анасовны.

Ритка смотрит виновато в учебник. Там нарисованы две девочки в шапках, ну точно как Ритка и Гелька, а вокруг них четыре кролика.

— Четыре кролика? — робко отвечает Ритка.

— Правильно, молодец, — радуется учительница.

Ничего, вздыхает Ритка про себя. Может, и с математикой потихоньку заладится.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconИнформационный бюллетень новых поступлений за II-III квартал 2012 г
Экономика природопользования : учебник для бакалавров / В. И. Каракеян. М. Юрайт, 2012. 576с. Библиогр.: с. 576. Вопросы и задания...
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconЛитература Ориент цена
Георгий Чараев, Нодари Эриашвили и др. Информационный менеджмент. Издательство: Юнити-Дана. Isbn 978-5-238-02328-1; 2012 г
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconИнформационный бюллетень новых поступлений за I-II квартал 2011г
Э. Н. Кузьбожев, И. А. Козьева, М. Г. Световцева. М. Юрайт, 2011. 540с ил. (Основы наук). Библиогр.: с. 537-540. Isbn 978-5-9916-1059-9...
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше icon2009/2010 Публикации
Социокультурные проблемы современного человека: материалы III международной научно-практической конференции / под ред. О. А. Шамшиковой,...
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconНик. Горькавый Астровитянка Астровитянка – 1
Ооо «Издательство act»): 978-5-9725-1119-8 (ооо «Астрель-спб»): 978-5-226-00336-3 (вкт)
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconИнформационный бюллетень новых поступлений за I квартал 2012 г
Гост р 30-2003 : учебное пособие / М. И. Басаков. 7-е изд., перераб и доп. М. Издательско-торговая корпорация "Дашков и К", 2012....
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconThe flower of life
Издательство «София») isbn 5-344-00087-1 (Издательский Дом «Гелиос») isbn 1-891824-21-х (Light Technology Publishing)
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconАнатолий Ливри: Ecce homo, М.: Гелеос, 2007. — 336 с. Isbn 978-5-8189-0929-5
Можно сказать, что эта книга, вышедшая в московском издательстве «Гелеос» сверхскромным даже для современной России тиражом в три...
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconОсновы искусственного интеллекта
Людмила Болотова. Системы искусственного интеллекта. Модели и технологии, основанные на знаниях,  Финансы и статистика, isbn 978-5-27903-530-4;...
Дина Сабитова Три твоих имени М.: Издательство: Розовый жираф. 2012. Isbn 978-5-903497-91-1 Дочке Люше iconОсновная образовательная программа образовательного учреждения. Основная...
Программа подготовлена институтом стратегических исследований в образовании рао. Научные руководители — член-корреспондент рао а. М. Кондаков,...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
shkolnie.ru
Главная страница