В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с




НазваниеВ общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с
страница8/49
Дата публикации21.02.2013
Размер7.06 Mb.
ТипДокументы
shkolnie.ru > Философия > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   49
Глава 2

^ ИСТОРИЧЕСКИЙ НАДЛОМ

В отечественной истории можно насчитать немало прецедентов, когда государство открыто и беззастенчиво покушалось на право собственности, сообразуя свои действия с официальной идеологией. Однако говорить о том, что это есть некая особая, неотъемлемая черта нашего изначального социально-экономического уклада, значит идти против истины. Скорее всего, мы имеем дело с досадным (а точнее – трагическим) отклонением от той линии развития, что проделали страны Европы. Исторический материал дает наглядное подтверждение сказанному.

Европейские тренды

Исторические хроники донесли до нас информацию о зарождении Русской цивилизации во времена, когда на юге и западе Европы и севере Африки уже отцветали целые миры-системы. Прошли времена блестящей Эллады и великого Рима, оставившие человечеству опыт классических цивилизаций прибрежного характера. Наследованная им Византия распалась на этнические котлы – романский, кельтский, англо-саксонский, германский, славянский, персидский, тюркский и иные, вступившие в острую конкуренцию, в том числе и по конфессиональным причинам.

Средиземноморье является уникальным географическим и историческим феноменом внутриконтинентального бассейна, по берегам которого тысячелетиями оттачивались цивилизационные системы, для которых города-порты и водная торговля стали основанием развития производительных сил. В античные времена доставка хлеба из Египта в Испанию морем была дешевле, чем сухопутная доставка из Рима в Ровенну. Специфика же традиционных городов-портов заключалась в том, что в них практически отсутствовала производительная экономика. Экономика того времени формировалась преимущественно в сельской местности, в т.ч. и ремесла.

Хотя Древний мир в целом никогда не отличался абсолютным преобладанием рабского труда над свободным, традиционные греческие и римские политические свободы и гражданские права вполне естественно сосуществовали с институтом рабства, при том уровне производительности они были структурно неотделимы друг друга. Однако свободный труд свободных землепашцев ещё в доклассические времена Эллады вступал в противостояние с принципами хозяйствования военной аристократии, крупных земельных собственников. Наиболее ярким примером такого противостояния явились реформы правителя Афин Солона (594 год до н.э.). Они приостановили рост владений знати путём отмены долгов мелких производителей и запрещения перехода в рабство за долги свободных граждан Афин. Реформы позволили стабилизировать экономическое положение небольших и средних сельскохозяйственных и ремесленных хозяйств, и на этой основе создать первое государство, основанное на доходах граждан. Солон лишил знать её монополии на экономическую и политическую власть. Следующий правитель, Афин Писистрат, начал оказывать прямую финансовую помощь мелким землевладельцам через общественный кредит, что обеспечило их автономию и безопасность. В результате этих реформ основой существования Афинской республики стала мелкая и средняя аграрная собственность: три четверти свободных граждан, с конца VII века до н.э. формировавших городские собрания, к концу V века до н.э. имели собственные земельные участки.

И до сегодняшнего дня основа греческого сельского хозяйства – мелкие хозяйства. Знаменателен факт: когда после окончания Балканской войны начала XX века турки, уходя из Фессалийской долины, распродали земли этого цветущего края богатым грекам, то греческое правительство, чтобы не допустить волнений, выкупило эти крупные участки у владельцев и разделило их между крестьянами. Сегодня Греция занимает первое место в Европе по количеству малых предприятий со штатом менее пяти человек.

Смею утверждать, что цивилизационный эффект реформ Солона недостаточно оценен историками. Происхождением принадлежавший к высшим, хотя и обедневшим кругам аристократии, великий реформатор прославился среди граждан Афин искусством стихосложения. При этом он сам занимался торговлей и много путешествовал с товарами по всей Эйкумене. Опираясь на великолепное образование и накопленный жизненный опыт, Солон смог реализовать свои таланты общественного преобразователя. Первоначально его реформы разворачивались в плоскости изменения судебной практики. Впервые в европейской истории Солоном был учрежден институт суда присяжных (гелиеи), к тому же этот народный суд получил статус последней апелляционной инстанции. Впервые же в греческой истории под руководством Солона была проведена и амнистия, введена практика публичных исков граждан по делам, прямо не касающихся их лично, практика, направленная на формирование совместных полисных ценностей граждан, на замену родовым традициям и обычаям. Была запрещена кровная месть, зато введён закон, по решению суда лишавший провинившегося гражданских прав, в том числе и участия в политической деятельности. Солоном был утверждён новый календарь и реформирована афинская монетная система, составлена целостная система афинского писаного права, введена присяга на верность служения полису его вождём.

Реформатор большое внимание уделял социальному воспитанию граждан Афин. Известны такие его изречения: «Слово есть образ дела», «Не советуй угодное, советуй лучшее», «Богам почёт, родителям честь», «От богатства растет пресыщение, от пресыщения – спесь». Солон не верил в коллективную вину, но признавал коллективную ответственность. Сказанное относилось не только к частной жизни, но и общественной. Так Солон утверждал, что Афины никогда не погибнут по воле Зевса, если что-то и может их погубить, то только «безумие, гордыня и несправедливость самих граждан, особенно «вождей народа», так как от сего пробуждается междоусобная распря и торжествует беззаконие.

По совокупности своих нововведений Солон стал реформатором не только в социальных и экономических областях, но и реформатором религиозным: «…категория закона в архаическую эпоху относилась, в сущности, к религиозной, сакральной сфере жизни. Введение новых законов или изменение старых (даже такое изменение, как простой их перевод из устной формы в письменную) рассматривался как акт космического значения, призванный восстановить гармоничный порядок …»23 Сущность этих религиозных реформ можно определить как формирование полисной религии взамен родовой. «Досолоновское жречество – в основном, прерогатива знатных, евпатридских семей (кланов, как их часто, хотя и не вполне точно, именуют в исследовательской литературе). Жречество после Солона, конечно, не одномоментно, а постепенно инкорпорируется в полисный мир. Жреческие должности в большинстве своем становятся полисными магистратурами и начинают восприниматься как таковые»24. Знаковым моментом этих изменений является принятие нового календаря, символизирующее сакраментальную смену эпох. Дельфийское священство поддержало законодательную и реформаторскую, в том числе, и религиозную деятельность Солона, направленную и на ограничение власти тиранов (в те времена самоназвание единоличного «вождя»). Будучи сам «тираном», реформатор лучше всех понимал необходимость таких мер и целенаправленно проводил их всю жизнь.

В этом, на наш взгляд, главное величие Солона, в свои архаические времена бросившего вызов одной из самых болезненных проблем человечества, нерешённой, по крайней мере, в нашей стране – проблеме десакрализации власти. Его современники на уровне общественного сознания «…тирана воспринимали, как героя. Имеется в виду «герой» в греческом понимании слова, heros, то есть существо сакральное, сверхчеловеческой природы. К тирану относились примерно так же, как относились бы к настоящему легендарному герою, если бы таковой – представим невозможное… – вдруг осчастливил бы полис своим явлением. Сакральный статус тирана, проявлявшийся в его личной харизме, был главным фактором, удерживающим его у власти. Не случайно представители Старшей тирании всячески прокламировали этот свой «сверхчеловеческий» статус, распространяя легенды о божественных знамениях при своём рождении, о своей особой близости к небожителям»25. Уже в наше время, в нашей стране таким легитимным «героем» стал «тиран» Сталин в результате победы русского народа в Отечественной войне. Народа, у которого уже более 25 лет коммунистические селекционеры «вырывали» христианское мироощущение. Я уверен, что только рецидивом языческого сознания массового современного русского человека можно объяснить по-прежнему высокий статус Сталина в общественных представлениях. Я считаю, что никакое православие не имеет к этому феномену никакого отношения, наоборот, именно его отсутствие на уровне нормативности и миропонимания позволяет Сталину быть одним из лидеров общественного мнения.

Другое неоспоримое величие Солона в том, что он первым в европейской истории внедрил социальную реформу по разделению граждан Афин на четыре имущественных ценза или разряда, увязал гражданские свободы не только с обязанностями, но и с правами, в том числе с правами частной собственности. И, только как следствие этой максимы, узаконил прощение долгов и запрещения долговой кабалы для граждан Афин, наделив их общественной землей в частную собственность, запретив уравнения и переделы земель вне зависимости от степени богатства гражданина.

Передовая общественная система и культура, развитые ремёсла, большой торговый флот, наличие избыточного денежного предложения (единственные в Греции серебряные рудники) в совокупности позволили Афинам доминировать над всем Древним миром. Именно наличие мелких и средних земельных собственников, позволившее состояться и распространиться первым системным демократиям, а далее высокое гражданское самосознание на основе традиций массовой земельной собственности, заложенное Солоном, через все века европейской истории помогло греческой цивилизации не раствориться в Римской империи и заложить основы Великой Византии.

Неоспоримо, что закат Византийской империи по времени совпал не только с нарастанием внешнего давления восточных варваров и западных конкурентов, но и с внутренними экономическими преобразованиями, когда алчная военно-государственная бюрократия предала традиционные принципы гражданской массовой земельной собственности в пользу интересов крупной земельной олигархии.

История Римской империи представляет нам совершенно иной тип развития земельной собственности. Хотя в конце II в. до н.э. Гракхи тоже пытались провести реформы по типу Солоновых, но во многом они не удались. Этому имелось множество причин.

В Римской империи сложилась система крупного земельного владения, сельхозпродукция, в основном, производилась в рабовладельческих латифундиях, а параллельно в городах сосредотачивался низший класс – «proletarii». В результате сложившейся традиции социальных подачек плебеям от аристократии, осуществляемых за счёт ограбления присоединяемых к империи территорий, эти свободные граждане Рима утрачивали всякое желание не только быть земельными собственниками, но и вообще ко всякому производительному труду, становясь обычным городским сбродом. «Proletarii» требовали «хлеба и зрелищ», и правители предпочитали осуществлять государственное распределение зерна, так как такой зависимый от распределителей пролетарий, с точки зрения управляемости, был предпочтительней самодостаточного, свободно производящего продукты и ремесленные изделия крестьянина.

Римская империя создала сложнейшую систему канцелярий, управляющихся в центре и на местах по бюрократическим принципам. Эти чиновнические формы правления сосуществовали с республиканскими органами самоуправления в непрерывном противостоянии по всем актуальным текущим вопросам внешней и внутренней политики. Одновременно эта бюрократия вызывала страшное озлобление со стороны земельной аристократии, ведь большую часть чиновников императорского Рима составляли вольноотпущенные, т.е. бывшие рабы. Более того, в последние времена бывшие рабы уже возглавляли министерства и даже дослуживались до генералов римских армий.

Пока империя расширялась вооруженными завоеваниями, в государственную казну поступали контрибуционные ценности, природные материалы, ремесленные изделия и продукты питания, всё новые рабы на своих плечах удерживали странный мир национал-социальной «справедливости», освобождая от необходимости трудиться всё новых пролетариев. Но, после закрытия границ в конце I в. н.э., поступление рабов резко сократилось, и начался системный финансовый кризис, переросший в кризис внутреннего политического управления, закончившийся вторжением варваров и падением Западной Римской империи.

Однако именно в эту эпоху своего заката Римская цивилизация дала миру римское гражданское право во всем его единстве и своеобразии. «Именно римское право впервые освободило частную собственность от всех внешних условий или ограничений, проведя новое различие между простым «владением» (фактически распоряжением имуществом) и «собственностью» (правовым основанием на него)... И высшим, главным достижением нового римского права было, что вполне соответствовало его социальному контексту, изобретение понятия “неограниченной собственности”»26.

Ни одна предшествующая правовая система Древнего мира не использовала такие понятия. Но судьба древних цивилизаций была уже предрешена, на историческую сцену выходили новые игроки. Отгремели нашествия гуннских, германских, славянских и арабских пассионариев, и разорванная на племенные клочья Европа начала мучительные попытки синтезировать античные практики с присущим варварам первобытными способами производства.

К середине IX века в Западном Средиземноморье царили хаос и запустение после мусульманских завоеваний, на морях господствовали пираты, прервалась торговля с Магрибом, Ближним Востоком и Малой Азией. Победа Карла Мартелла под Пуатье в 733 г. остановила арабов, но они уже прочно осели в Испании и Сицилии. Только в 800 г. Карл Великий, покорив ломбардскую Италию, завоевав Саксонию и Фрисландию, принял из рук Папы Римского давно забытый титул Императора. Объединённая мечом Западная Европа стала постепенно выходить из «тёмных веков» войны всех против всех, но была еще слишком бедна и неразвита. «Каролингская империя практически была громадным замкнутым внутриконтинентальным пространством и, несмотря на свои средиземноморские и североморские рубежи, вела минимальную внешнюю торговлю и имела очень вялое денежное обращение»27. Естественно, что сразу же после смерти своего основателя империя вновь распалась.

Пока на юге в Причерноморье и на берегах Эгейского моря ещё царила Стареющая Византия с её уникальной полиэтнической культурой, развитым земледелием и ремеслом, почти не затронутыми потрясениями эпохи переселения народов, на Севере и Западе Европы господствовали норманны, или, как их называли на Руси, варяги. Экспансия норманнов от шведских фиордов до Закавказья и Америки носила не только грабительский характер и не преследовала цели завоевания земли для заселения, она имела явный торговый характер: в свои вооружённые походы норманны брали деньги и товары. Разграбив немало городов, эти водные кочевники основали и немало новых, ведь новые поселения являлись узелками в сетях их торговли. Основу их прибыли составляла торговля рабами с кельтского запада и славянского востока, а также драгоценными металлами, оружием и высококачественными ремесленными произведениями. Таким образом, в послеримской Европе сложились два мира экономики – Балтийская, торгующая и Византийская, производящая. Арабский цивилизационный анклав представлял собой ещё один мир-экономику, оригинально основанную на категоричных религиозных представлениях социального обустройства общества.

Население Европы росло, общение меж племенами и народами становилось всё более плотным. Христианство, распространяясь, несло объединительные языки богослужения, законности и науки – латынь на Запад и Север, греческий и славянский на Восток. Но у новых властителей земель и городов не было даже малой доли былых римских возможностей строительства дорог, и реки Русской равнины стали экономическими и культурными артериями, которые связали три мира-экономики в единое целое. Именно речные пути и создали первый раннефеодальный «общий рынок» – «великий волжский путь», а за ним и путь «из варяг в греки», которые легли в основание новой мировой экономики. Волга соединяла Скандинавию и Закавказье, Днепр связывал Балтийское, Чёрное и Средиземное моря, а в Ладоге оба пути сходились. Согласно господствующим ныне научным теориям, по реке с Севера к восточным славянам пришла государственность, а с Юга «по воде в Русь пришло христианство». Опустим эти крайне политизированные темы и сосредоточимся на торговле.

Самые древние старорусские поселения являлись торгово-ремесленными, ориентированными на международную торговлю с минимальным сельскохозяйственным интересом. Исторические источники не доносят до нас информацию о наличии крупных землевладельческих вотчин, начиная с IX и до XII века на территории Древней Руси. Достаточно разветвленные речные пути изобиловали множеством порогов и, следовательно, системой волоков, требовавших применения речных судов особой конструкции. Для перемещения товаров по внутренним территориям груз необходимо было перегружать из морских судов в более мелкие речные, и эти операции контролировали местные князья.

«Связь управления с торговлей. Так строилась внутренняя политическая жизнь в Киевском княжестве IХ и Х вв. Легко заметить основной экономический интерес, руководивший этой жизнью, сближавший и объединявший отдаленные и разрозненные части земли: дань, шедшая киевскому князю с дружиной, питала внешнюю торговлю Руси. Этот же экономический интерес направлял и внешнюю деятельность первых киевских князей. Деятельность эта была направлена к двум главным целям: 1) к приобретению заморских рынков; 2) к расчистке и охране торговых путей, которые вели к этим рынкам»28.

С Юга и Востока на Север текли ремесленные изделия, драгоценности, шелк, вино, серебряная монета; с Севера на Юг – оружие и рабы. Кстати, варяги немало поспособствовали монетизации торговли в Европе. Будучи язычниками, они переплавляли немногочисленное золото ограбленных церквей в монеты, дефицитные тогда на Западе. Древняя Русь заняла свое особое место в этой торговле – она поставляла меха и рабов.

Прошлые и современные историки отмечают поразительно стремительное развитие древнерусского общества как следствие торгово-посреднической экспансии киевских князей, заметно опережавшие становление ранних обществ Запада и Востока. По мнению арабских историков, не менее трети населения древней Руси было интегрировано в обслуживание торгового оборота. Да и русские дореволюционные историки утверждали о первоочередности в жизнедеятельности Киевской Руси торговли, затем военной добычи и только затем, с большим отставанием, земледелия. В своей статье директор Института материальной культуры, академик Е.Н. Носов пишет: «…древнейшие города на территории Древней Руси отнюдь не обязательно вырастают исключительно как центры сельскохозяйственных округ и феодального властвования, а истоки их процветания отнюдь не непреложно определяются высоким уровнем местного экономического развития. Города в разных частях страны возникали на самой различной основе. Огромную роль играла внешняя торговля, и, наконец, образование некоторых городских центров происходило до сложения плотных сельскохозяйственных округ»29. Далее академик комментирует феномен наличия «парных» городов на территории Древней Руси: Гнездилово и Смоленск, Тимерево и Ярославль, Шестовицы и Чернигов, Сарское городище и Ростов, Рюриково городище и Новгород первоначальной организацией торговых поселений, ориентированных на сбор дани и обслуживания внешнеторговых связей и великокняжеских погостов. Лишь позднее эти селения трансформировались в административные, ремесленные и военные центры с переносом их в более защищенные и удобные места с точки зрения местной географии. Подобные первоначальные поселения были характерны и для скандинавских виков, и для поселений империи Каролингов, и для западных славян. Более того, огромные пространства территории Древней Руси формировало и следующее своеобразие: на Юге, в среднем Приднепровье, города в основном, кроме торговых, выполняли функции административно-политических центров своих племен. Севернее города практически в чистом виде выполняли функции торговых центров, особенно интересна самостоятельная судьба города Старя Ладога, не ставшего «тенью» лежащего вблизи Новгорода. Дело в том, что город замыкал Великий Волжский Путь, проложенный по великой реке арабами и славянами, задолго до освоения днепро-балтийского пути варягами. Вот как о судьбе этого уникального пути и его города пишет известный археолог, профессор Кирпичников А.Н.: «В последней четверти I тыс. н.э. значение волжского пути возросло настолько, что он стал основной дорогой, соединившей Европу и Азию... «Товарная интеграция» Евразии, сблизившая естественно-географические районы разделения труда... проявилась на стандартизации производства определенных популярных изделий в странах и регионах не только близких... В обиход вошли однотипные стеклянные, сердоликовые, хрустальные бусы, привесы и бусы из янтаря, костяные гребни, некоторые украшения из бронзы, гирьки и весы для взвешивания монет, общеевропейские по форме мечи, боевые топоры-чеканы, отчасти наконечники копий и стрел… «восточные» наборные воинские пояса... Именно через Ладогу проходило основное караванное торговое движение, и реэкспортировались в страны Балтийского региона от трети до половины всех попавших на Русь в IX-X вв. куфических монет. С учетом всей массы импортированного в страны Балтийской Европы монетного серебра, объем ладожско-балтийской торговли, по исчислениям Т. Нуннена, в начале X в. по сравнению с концом IX в. вырос в 3 раза, а в 940 гг. – не менее, чем в 10 раз»30. Другие, не менее авторитетные ученые допускают, что монетного серебра прошло через Русь не менее чем, 5-8 миллионов дирхемов, причем около половины остались в стране. «Скандинавские устремления на Западе и Востоке Европы значительно различались. На Востоке среди лесов и болот грабить было почти нечего, для того, чтобы разбогатеть, надо было принимать участие в посреднической, торговой и контрольной деятельности, а для того, чтобы это увенчалось успехом, следовало интегрироваться в состав местного общества и его социальные верхи. Важнейшим товаром, шедшем в обмен на серебро, была пушнина»31. Вполне можно предположить, что в своё время Рюрик пришел к нам не для «порядка», а за обычным серебром, и высадился он, кстати, в районе Ладоги. Но такая крамольная мысль лишает права на жизнь десятки, если не сотни «ученых» и «записных» пропагандистов всех оттенков и званий. Ведь так «сладко» всю жизнь бороться за «норманизм» или «антинорманизм», имея под рукой всего лишь один письменный источник, и создавать из одного абзаца целые «научные» школы.

Экономика Древней Руси изначально в значительной степени была монетизированной, позже киевские князья даже стали чеканить свою монету, и очень высокого качества. Это позволило в киевской и новгородской земле в короткое время отделить не слишком развитое сельское хозяйство от ремесла, что давало прямое преимущество в соревновании с Западной Европой, где продолжал владычествовать натуральный обмен.

После принятия христианства на русскую землю пришло греческое просвещение и технологии. В дружественную страну массово начали переселяться византийские ремесленники и мастера, и уже к XII веку русские мастера на равных конкурируют со своими коллегами по Северной Европе – по уровню металлообработки, производству стекла, оружия, производству льняного полотна. Русские крестьяне почти на сто лет раньше стали использовать железный плуг, хомут тоже пришел в Европу из русской земли. Каменное строительство было массовым. «По неполным данным русских летописей, в ХI в. на Руси существовало 86 городов. В ХII в. летописи упоминают еще 120 городов, а ко времени монголо-татарского нашествия, т.е. к началу ХIII в., количество городов доходило до 250»32. Росло не только количество городов, но и их размеры, территория Полоцка за 80 лет выросла с 28 га до 58 га, Смоленска – с 10 га до 100 га, Чернигова – с 55 га до 160 га. За четверть века, с 1188 по 1212 гг., на Руси было построено 55 каменных храмов. Ремесленники составляли значительную часть населения городов, они селились группами по своему цеховому (профессиональному) назначению и занимали целые районы городов: Гончарный конец или Шитная улица в Новгороде, квартал Кожемяки в Киеве, Кузнечный ряд во Владимире. В Европе Русь называли «Гардарикой» – страной городов. «Тогдашние русские города были настоящими западными городами. Киевская Русь веками славилась именно блеском своих городов, символизирующих материальное благополучие страны: в этом плане между Западом и Востоком Европы не наблюдалось никакого отставания, никакого разрыва»33.

Торговле подчинены были даже войны, которые вела Древняя Русь. Отмечается, что большая часть военных походов против Византии обуславливалась стремлением поддержать или восстановить торгово-экономические отношения с Царьградом, и все эти походы заканчивались всегда одинаково – новыми торговыми трактатами.

Международная торговля не может существовать без надлежащего юридического оформления: гарантий прав собственности, определенных правил и стандартов поведения, юридической и судебной защиты и т.д. Уже в самом начале ХI века, при князе Ярославе Мудром в 1016 г. появляется т.н. «краткая редакция» кодифицированного судебного сборника под названием «Русская правда». Затем в течение всего ХII века дополняется т.н. «пространная редакция». «Русская правда» – кодекс капитала. Таковы главные черты Правды, в которых можно видеть выражение господствовавших житейских интересов, основных мотивов жизни старого киевского общества. Русская правда есть по преимуществу уложение о капитале. Капитал служит предметом особенно напряженного внимания для законодателя; самый труд, т.е. личность человека, рассматривается как орудие капитала: можно сказать, что капитал – это самая привилегированная особа в Русской правде»34.

Сборник отчетливо фиксирует такие понятия: процентный заем краткосрочный и долгосрочный, торговая комиссия, долевое участие в компанейском предприятии, отдача денег в рост под процент. В «Правде» описан порядок взыскания долгов, определены критерии добросовестного плательщика и злостного неплательщика, определены понятия комиссионера и даны толкования сделки по доверию. «Русская правда» констатирует политическое и экономическое деление старого русского общества: наряду с князьями, которые владели землей, на ней работали лично свободные люди – «смерды» и рабы – «холопы». Существовал также класс частных привилегированных собственников – бояр, на которых, кроме «холопов», работали т.н. «откупы» – лично полусвободные земледельцы, попавшие в экономическую зависимость (долг) от бояр. Земельные феодалы, в независимости от величины своего земельного участка (вотчины), получали от своих сюзеренов-князей иммунитеты, права на сбор княжеских податей и освобождались от платежей дани. «Правда» определяла и ряд других привилегий для бояр, но, в то же время, регламентировала и гарантировала определенные права для «смердов» и других категорий свободных людей, в т.ч. и горожан (посадских людей). Например, горожане не платили налогов, и, что характерно, русское слово «гражданин» происходит от слова «горожанин», т.е. – человек свободный, наделенный собственностью и правами.

О довольно высоком распространении грамотности на Руси засвидетельствовали Новгородские берестяные грамоты, найденные только в 1951 г. К настоящему времени они обнаружены уже в 9 древних городах Русского севера и практически везде, где ведутся археологические исследования, обнаруживаются орудия для письма на бересте. Современные ученые не сомневаются в абсолютной грамотности правящего класса Древней Руси, насчитывавшего тогда порядка 20 000 человек, и около 50 000 человек «черного» и «белого» духовенства. Но грамотой владела и немалая часть торгово-ремесленного населения городов. В постоянном обороте находилось никак не менее 13000-14000 книг.

Рост и развитие городов неминуемо вели к развитию городского самоуправления, называемого на Руси «вече». На сегодняшний день имеется более 50 рукописных свидетельств о деятельности этого представительного учреждения в разных русских городах – и это без учета Пскова и Новгорода. Советская историческая наука называла вече первым народным самоуправлением, что является безусловной глупостью: на вече приглашались «выборные» только от самых состоятельных горожан – купцов и ремесленников, т.н. «золотые пояса». И они из своей среды выбирали исполнительную власть, которая регулярно сменялась и была жестко ограничена в своих делах и правах, так как общую политику определяло всё то же вече.

В городах появились корпоративные организации купцов и ремесленников, они отстаивали свои групповые интересы и свободы от притязаний феодалов. На Руси уже в ХII веке коммунальное самоуправление достигло такой же степени развития, как и на Западе. Более того, превратности престолонаследия и исторических событий привели к тому, что горожане в большинстве русских городов нанимали князей с профессиональной дружиной для несения воинской службы и поддержания судопроизводства. В Новгороде вече определяло назначение даже своего митрополита. Кстати, таким же образом на киевский престол сел один из последних князей, пытавшихся централизовать Русь, – Владимир Мономах. Ему принадлежат реформы по частичному облегчению прав «закупов», и он же стал «русским Солоном», отменив часть долгов горожан и ограничив ростовщический процент.

Сделаем смелое предположение: один из факторов, сделавших невозможным объединение русских княжеств в единое централизованное государство – именно наличие большого количества крупных городов, управляемых на принципах местного самоуправления. Процитируем Ф. Броделя: «Вокруг таких избранных городов вскоре не стало государств. Так произошло в Италии и Германии в ходе политических потрясений ХIII в... Но главное и непредвиденное заключалось в том, что отдельные города совершенно «взрывали» политическое пространство, конституировались в самостоятельные миры, в города-государства, закованные в латы полученных или вырванных привилегий, которые служили им как бы «юридическими укреплениями»35.

Такое положение могло существовать только там, где союзниками князей не могли выступать крупные земельные собственники. Южная Русь не знала крупного и развитого земледелия по причине постоянной военной опасности со стороны Степи, а Северная Русь – по климатическим условиям, и поэтому там процветали города с торговлей и ремеслами. А вот на Владимиро-Суздальской земле, защищенной лесами от половецких набегов и с умеренно благоприятным климатом, земледелие стало основой общественного богатства. Именно здесь власть князя достигала своей высшей точки, и здесь, начиная с конца ХII в. и до монгольского нашествия, вызревали непрерывные политические амбиции на доминирование над всеми русскими землями. «Представление о государственном феодализме стало господствующим в отечественной науке и остается таковым и сейчас, несмотря на то, что целым рядом историков русского и западноевропейского средневековья указывались и слабые стороны приводимых доказательств... Если следовать этой мысли, основанной на широком европейском материале и помещающей наблюдения по Древней Руси в общеевропейский контекст, то ясно… Древняя Русь не была чем-то особенным на европейском «континенте феодализма»36. Это мы и пытаемся обосновать и даже доказать в дальнейшем, вслед за комментарием уважаемого академика и историка.
Все хорошее когда-то заканчивается, и «тучные» года сменяются «тощими». Западная Европа, выйдя и окрепнув после «темных веков», ведомая собственной исторической логикой, устремилась на Восток. «Крестовые походы» установили прямую связь, в т.ч. и торговую, с Ближним Востоком, открытие и освоение серебряных рудников Центральной Европы утолило потребность в монетах. Захват и разграбление Константинополя в 1204 г. предрекло неизбежность гибели Византии, а её вывезенные богатства стали основой морского и торгового могущества Венеции, дав импульс развитию нового основного направления мирового товародвижения Ближний Восток – Венеция. Западная Европа перестала нуждаться в Руси как в торговом посреднике. Смещение главных торговых путей, а также бурный рост населения Древней Руси (в предмонгольский период до 7 млн человек) наконец-то стимулировали развитие земледелия.

В довольно редкой книге П.Б. Струве «Социальная и экономическая история России», вышедшей в Париже в 1952 году, читаем: «История восточных (русских) славян начинается для нас не с первобытного равенства и общинного быта, не с «демократии», а с очень значительной, даже резкой социальной дифференциации...»37 Далее «…Русь раннего средневековья от 862 до 1240 г. нельзя вообще характеризовать ни в каких точных правовых терминах… Это не было ни союзное государство, ни союз государств, ни единое государство какого-либо определенного типа. Это было сочетание некоторого множества земель-государств, притом разного устройства, со своеобразным, но очень прочным единством общей династии и с несомненным духовным единством нации в языковом и церковном отношениях... На Руси существовало много земель-государств, но Русская Земля не была государством»38. Исходной точкой социального разделения древнерусского общества был, как и во всем мире, распад на сильных и слабых, богатых и бедных. «Большинство земледельцев не имело достаточно ни политической, ни экономической силы для того, чтобы быть независимыми землевладельцами... Крестьян в этом смысле древняя Русь не знала. Крестьян создала позднейшая русская история, как некую отчетливо очерченную категорию людей... Но часть земли, давно занятая и обработанная, принадлежала на признанном праве собственности отдельным физическим или юридическим лицам из привилегированной, знатной, богатой части общества. Это право собственности опиралось и на давность («старину»), и на признаваемый легальным частноправовой способ перехода»39.

Оформлялось это право актами или грамотами – публично-правовыми и частно-правовыми: духовными, меновыми, вкладными, отступными или кабальными, актами на основе свидетельских и судебных решений. Земля дарилась и покупалась, продавалась и завещалась, наследовалась, отходила за долги и т.д. Существовала устойчивая, основанная на писаном праве, норма и бюрократическая традиция управления собственностью. Земли было так много, а людей так мало, что необработанную землю мог взять каждый, если верховная власть ее «жаловала» или «ослобождала». Часто это была плата за долгую службу рядовым слугам или войнам. Княжеская власть охотно поощряла земледельцев переселяться на неосвоенные территории, где земля принадлежала деревенским «общинам» переселенцев на правах аренды. «Масса земледельцев была «перехожей» не в том смысле, что она была бродячей и кочевой, а в том смысле, что не имея – по крайней мере, не имея в достаточном размере – сельскохозяйственного капитала, она не могла самостоятельно сидеть на земле и самостоятельно заниматься на ней сельским хозяйством. Эта масса состояла из свободных людей... Эти свободные люди, как неимущие, были людьми зависимыми и, тем самым, малоправными, но не безправными»40. В отличии от полноправных людей – мужей, т.е. владельцев собственности, они назывались сиротами или смердами. Смерды сидели на княжеской и господской земле и находились в двойной зависимости: князю выплачивалась дань, владельцу земли еще и оброк. Неимущие смерды были задолжены «господам» и по этому признаку их называли «серебряники», т.е. люди задолжавшие, с просроченным оброком. Отсюда был один шаг и до того, чтобы стать «холопом», т.е. рабом со всеми вытекающими последствиями для этого случая. Свободный доступ к земле, понятные правила управления собственностью, наличие незакрепощенного населения, довольно быстро создали условия для успешного развития сельского хозяйства. Уже в конце XII века пашенное земледелие повсеместно вытеснило подсечное земледелие, с введением трехполья и появления практики внесения удобрений (навоза), резко повысилась урожайность, повсеместным стало использование железных орудий труда – согласно археологическим данным, к этому времени было известно около 40 видов железного сельскохозяйственного инвентаря. Норма эксплуатации на княжеской земле всегда была ниже, чем на господской, хотя бы за счет отсутствия оброка. Также князь являлся судьей, и только он мог предотвратить переход неимущего смерда в холопы, господа-владельцы земли не имели судебной власти над земледельцем. К этой, чисто русской особенности, взаимоотношения высшей власти (княжеской, а на современном языке – государственной) и народа мы будем еще не раз обращаться.

Другой поразительной русской особенностью взаимоотношений верховной власти и уже «мужами», т.е. земельными собственниками, являлось то, что «социальная верхушка древней Руси (бояре и прочие вольные слуги) пользовались правом свободного перехода от одного князя к другому (на основании формулы междукняжеских договоров: «а боярам и слугам межи нас вольным воля»)… Это положение привилегированных вотчинников, как вольных слуг, представляло полную правовую противоположность тем зависимым отношениям, в которых при западноевропейском феодальном строе вассалы состояли к своим сюзеренам, будучи связаны первые со вторыми личной службой (obsequium) и вещно-земельным пожалованием (beneficium)... Это право означало, что бояре и вольные слуги могли оставлять службу, не лишаясь тем самым своих вотчин, т.е. в русском праве междукняжеских договоров отсутствовала связь между вотчинным правом на землю и обязанностью нести службу, лежащую на собственнике вотчины, которая была, с гражданско-правовой точки зрения, в западноевропейском смысле не феодом, а аллодом, т.е., по выражению одного французского юриста XIV века, terra libera de qua nemini servitium nec census»41.

Бояре и вольные слуги обязаны были нести службу по особым договорам за деньги или за добычу, там, где они живут. «Служба в отношении социальной верхушки была «вольной», и носители этой службы свободно распоряжались своей собственностью и, в частности, недвижимостью, которая им принадлежала, как нечто принципиально неприкосновенное и неотъемлемое для власти»42. Нельзя полностью согласиться с тезисом, что феодальная раздробленность Древней Руси провоцировала упадок и деградацию социального развития русского общества. Утверждение в феодальных центрах на договорных условиях с городскими общинами княжеских династий прекратило хаотическое передвижение князей со своими дружинами по стране, создававших ощущение общей нестабильности и нарушавших нормальную хозяйственную жизнь. Внутри больших земель-княжений постепенно накапливались экономические и духовные силы, подготавливающие объединение страны на новой, более прочной основе.

Подводя краткий итог домонгольского развития древнего русского общества, необходимо отметить практику социального синтеза норманнских, византийских и славянских традиций. Эта гремучая смесь позволила в необычайно короткий срок создать оригинальную, динамичную и передовую цивилизацию – Древнюю Русь. С тех времен, видимо, заложена наша национальная традиция адаптации чужих «практик» к нашей действительности.

***

Русская цивилизация развивалась на востоке Европы по тем же схемам, что и Европейская цивилизация в своей западной и центральной части. Однако глобальная (в параметрах того времени) торговля трех миров-экономик: Византии, Арабского Востока и Скандинавии, позволила в короткий, по историческим меркам, срок древнерусскому обществу сконцентрировать
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   49

Похожие:

В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconКогда аденоиды мешают жить ребенку
Аденоиды есть у всех, но не всем они мешают жить. Если малыш постоянно простужен, все время дышит ртом, постоянно хлюпает носом,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconКнига задумывалась как документальная
Но кто-то или что-то постоянно заставляло меня оказываться в определенном месте и в определенное время, это непременно происходило....
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconВот, допустим, Вы давно последний раз видели, как молодой человек открывает дверь даме?
Пропустил даму вперед, он ответил что-то вроде: «я че, дурак что-ли???» (просьба сохранить орфографию) бывало, даже отвечали: «да...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconЯ из тех фермеров-середняков, которые уже наелись такого сельского...
Оказывается, есть выход! Он как всегда в горниле нашей истории в недрах жизненного опыта, кстати, очень современный и привлекательный...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconВ европу, конечно. А вы что подумали?
Окон. Девушка ответила весьма приветливо, но уже после нескольких вопросов я была в замешательстве. Ведь просто спросила про цены,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconРекомендации при основных психологических синдромах
Главное, что должны сделать взрослые в этом случае, — это обеспечить ребенку ощущение успеха. Необходимо объяснить родителям и учителю,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconЧто такое анабасис?
Кроме этого вездесущие оппоненты и по совместительству соседи: Мидийцы и Вавилоняне постоянно нарушали мирные договоры и альянсы,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconПосредничество при переговорах
Как правило, такая ситуация возникает в виду личной неприязни партнёров друг к другу, что мешает сконцентрироваться на сложном вопросе....
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconСоглашения и умолчания
Внимание – данный текст не является абсолютной истиной, автор не гарантирует 100% достоверности даже на момент написания, не говоря...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconС каждым днем мир становиться все уже и уже. Как-то вроде для человека...
«В отличие от человека прошлого, для человека настоящего, находящегося в перманентном стадии путишествия, мир ни в коем случае не...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
shkolnie.ru
Главная страница