В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с




НазваниеВ общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с
страница40/49
Дата публикации21.02.2013
Размер7.06 Mb.
ТипДокументы
shkolnie.ru > Философия > Документы
1   ...   36   37   38   39   40   41   42   43   ...   49
воевать никто не собирался ни с коммунистами Сталина, ни с социалистами Гитлера. Поэтому и позволили немцам вернуть Рейнскую область и часть Чехословакии и пытались направить Гитлера на нашу страну, потому что воевать категорически не хотели, как, кстати, и сейчас. Не верьте «Леонтьеву – Однако», никто не хочет с нами воевать и сегодня. Воевать, в конце концов, хотели только два «левых» диктаторских режима, коммунистов и национал – социалистов, а все остальное - просто логика неумолимых событий запущенных политических, дипломатических и военных машин.

Отсюда и вставал вопрос, как объяснить людям в мирное время причины, столь внезапно обрушившейся на них социальной катастрофы. Вот отсюда и «вредители», отсюда и «окопавшиеся враги внутри партии», именно отсюда и выросла привычка к тотальной лжи пропагандистского аппарата коммунистов на все времена своего правления. Отсюда, в том числе и ненависть простых людей к Советской власти, отсюда, в том числе и ГУЛАГ для этих людей, они действительно были врагами этой власти. Сила действия рождает силу противодействия, пусть и безоружную.


Запретив частную торговлю, советское государство само начало заниматься предпринимательством. Известны слова Маркса: «Бюрократия имеет в своем обладании государство… Это и есть ее частная собственность», и главное ее рыночное преимущество – отсутствие конкуренции, т.е. монополизм. Но коммунисты не были бы сами собой, если б не попытались воспользоваться еще одним своим рыночным преимуществом – преимуществом формирования голодного спроса. Именно после запрещения частной торговли, осенью 1931 года, были открыты магазины системы «Торгсина», где советские граждане за иностранную валюту, золото, серебро, за драгоценные камни, за произведения искусства официально могли приобретать… продукты питания. Продукты составляли около 80% товарооборота «Торгсина», из них 60% составлял хлеб. Браво, товарищи коммунисты, не этот ли пример социальной заботы о своих гражданах должны были взять на вооружение западная демократия? – продавать населению хлеб за золото в то время, когда он не додавался через обычные магазины по карточкам. Уже в поздние советские времена коммунистическая пропаганда утверждала, что «Торгсины» работали на иностранцев, помогавших индустриализации. Да не нужен был иностранцам черный хлеб в таких количествах! И не могли иностранцы, дипломаты и техники на такие суммы потреблять нехитрый ассортимент стандартного «Торгсина». Если до конца 1931 г. система реализовала товаров на 7 млн золотых рублей; в 1932 г. - на 49.3 млн зол. руб., то в самый голодный 1933 год – на рекордную сумму, 105.4 млн зол. руб. По расчетам НКВД в стране находилось не менее 100 млн рублей в золотых монетах, и примерно на такую же сумму бытового золота надо было изъять у населения.

На Западе кризис; и экспорт стал убыточен, там упали цены на сырье и сельскохозяйственную продукцию, но вдруг на станки и оборудование цены, наоборот, выросли – этому очень поспособствовал высокий спрос из «совдепии», где большевики торопились создать основы военно-промышленного комплекса. Еще одним фактором, толкавшим большевиков на форсированную милитаризацию, являлся их постулат, который гласил, что кризис должен был в очередной раз спровоцировать «выступления трудящихся» в западных странах. Вот тогда-то Советская Россия в нужный момент протянет «пролетарскую руку солидарности» в виде танков и самолетов «измученным» пролетариям буржуазных стран. Именно на эти годы выпал и пик подрывной деятельности «Коминтерна» по всей Европе. Большевикам нужна была валюта или золото для расчетов, и чтобы изъять его у мирных граждан нашей страны, они морили их голодом. «…с Торгсином государство показало себя самым большим спекулянтом в стране. Цены в торгсиновских магазинах значительно превышали советские экспортные цены. В 1933 году цена животного масла в торгсине составляла 170%, растительного масла – 381%, сахара – 300% их экспортной цены. Государство продавало товары своим гражданам в несколько раз дороже, чем за границу»245.

Уважаемые читатели, знаете ли Вы примеры XIX или XX века, чтобы правящий класс западных демократий (или на тот момент «имущественно-цензовых демократий») даже в годы военных испытаний продавал своим голодным согражданам хлеб за золото и по цене выше, чем он мог его экспортировать? Наши же коммунисты делали это даже в мирное время. Тогда Вам должно быть понятно, почему я большевиков называю «кочевниками». Ведь они были обычными оккупантами, и этого не скрывали. Как не скрывал своей ненависти к ним и наш народ (надо просто почитать упомянутые отчеты НКВД и убедиться в этом лично). Поэтому так быстро и заполнялся ГУЛАГ. Поэтому, когда наш современный премьер говорит о том, что нельзя односторонне оценивать роль Сталина в истории нашей страны, это, по моему убеждению, указывает на то, что он лично готов переступить черту, отделяющую авторитарного правителя от диктатора.

«За время существования Торгсина общая сумма «привлеченных через него ценностей» составила 287.3 млн рублей. В отчете об итогах работы Торгсина говорилось, что это немного превышало стоимость импортного оборудования для десяти индустриальных гигантов: Горьковского автозавода (42.3 млн руб), Сталинградского тракторного завода (35 млн руб.), автозавода им. Сталина (27.9 млн), Днепростроя (31 млн), Господшипника (22.5 млн), Челябинского тракторного (23 млн), Харьковского тракторного (15.3 млн), Магнитстроя (44 млн руб.), Кузнецстроя (25.9 млн руб.) и Уралмаша (15 млн)»246. Треть доходов «Торгсина» составили валютные переводы из-за границы родственников и христианских благотворительных организаций, обеспокоенных информацией о массовом голоде в России. И здесь «кочевые» не упустили ни копейки. Получатель валюты мог рассчитывать только на… 25% перечисленных денег, остальные изымались. А эти 25% можно было обменять лишь по специальному курсу, который был меньше рыночного в 10 раз.

В те же годы была развернута и система, т.н. «коммерческих магазинов», где продукты продавались только на рубли, но по ценам выше карточных в 5-10 раз. Если в 1929 г. первые магазины давали 3% всего товарооборота страны, то к 1934 г. – уже 40% продовольственного и промышленного оборота всей государственной торговли страны. Налицо был обычный трюк, когда вроде как есть карточная система с копеечными ценами, но товар почти отсутствует, да и за тем, что есть, надо отстаивать в очередях многими часами. И рядом государственная же (!) система параллельной торговли по спекулятивным ценам, но с ассортиментом и без очереди. И люди идти туда вынуждены. По-другому невозможно объяснить, как можно получить 40% товарооборота по коммерческим ценам в стране с тотальной карточной системой.

В 1934 г. природа смилостивилась над населением, и в Россию пришёл большой урожай. Воспользовавшись природным фактором, Сталин заявил: «Жить стало легче, жить стало веселей», и с 1.01.35 г отменил карточную систему. Не веря Советской власти, люди старались воспользоваться, как им казалось, недолгим моментом и сделать запасы, хотя бы в виде сухарей. Не отпугивала и цена, которая была выше карточной, но ниже коммерческой. Эта, по сводкам НКВД, «скупка хлеба для группового потребления» не попадала ни под одну уголовную статью, что поначалу парализовало карательные органы. Вы только представьте, что творилось в деревне, какая была степень оскудения, если печеный хлеб можно было купить только в городе, и туда отправлялись ходоки. Сводки НКВД о свободной продаже хлеба больше напоминали фронтовые донесения, чем легкую и веселую жизнь. Началось, буквально, нашествие из деревень крестьян за печеным хлебом. Этого хватило, чтобы полностью дезорганизовать хлебный рынок и сорвать готовившийся праздник. Как же, большевистская власть через год планировала объявить, что в стране построены основы социализма, а тут всё ещё черный хлеб по карточкам. Провал был полный, открытой торговли не получилось, но большевики не были бы сами собой, не выдумав очередной трюк. Был провозглашен постулат, принявший форму растиражированного по всей стране норматива: «Отпуск в одни руки». Свободная торговля вновь была заменена распределением. Немногочисленный массовый ассортимент, не превышавший нескольких сотен товарных позиций, был разнормирован по всей стране. И продукцию стали распределять по предприятиям и организациям, домовым комитетам. Не сильно видоизменившись, эта система дожила и до последних лет советской власти.

Ах, какая славная традиция! Жаль, что западный правящий класс не сумел разглядеть такой передовой опыт строительства общества равных возможностей, а это помогло бы ему в борьбе с безработицей, ведь в советской распределительной системе работало (без учета торговли) более миллиона человек.

Лето 1936 г. принесло плохую весть: урожая не будет. В колхозах запасов не хватило, и пришел опять… голод. Хотя не такой сильный, как три года назад. Этот голод, вернее недоедание, было на уровне последних официально голодных лет XIX века, и это, безусловно, был прогресс Советской власти. Но, согласно сводкам НКВД, опять не обошлось без случаев, пусть не массовых, но голодных смертей и каннибализма. Безусловно, были сразу найдены виновники этих несложений – вредители.

Так что Большой террор, так потрясший коммунистическую номенклатуру (мирных людей продолжали убивать и до, и после) происходил на фоне пусть локального, но голода. И, может быть, эти репрессии коммунистической номенклатуры стали некой «искупляющей жертвой» за смертный голод прошлых лет. Хотя какое нам дело, чума на них – и лучше бы бубновая. Но накормить страну репрессии не помогали.

Качество снабжения и распределения все ухудшалось, объявленное Сталиным повышение расценок на заводах и фабриках, в том же 1937 году, вылилось в полное отсутствие товаров на полках. Последовал провал кассовых планов Госбанка: деньги в казну не возвращались, так как товарный «голод» и общая нищета провоцировала людей на сбережение денег, что, в свою очередь, требовало дополнительной эмиссии. За два года – с 1938 по 1940 - количество денег в обращении увеличилось в два раза, что в свою очередь взвинтило потребительскую инфляцию на рынках и коммерческих магазинах. Коммунисты попытались контролировать инфляционные явления через директивно установленные розничные цены, и, как вполне предсказуемые последствия, – отсутствие товара на полках официальных магазинов и появление его на «черном рынке». Круг замыкался, большевикам, не смотря на свою вооруженность «передовыми теориями общественного устройства», так и не удавалось победить рыночные отношения. Апогеи предвоенных продовольственных и товарных кризисов приходились на время финской компании, а также на время силового присоединения Прибалтики и Западной Украины: военные перевозки были в приоритете, а это напрямую связано со сбоем работы всех, и так немногочисленных, невоенных секторов советской экономики. Но в газетах: «Опять чья-то преступная лапа расстроила снабжение…»


Сколько сказано слов советскими патриотами «о заботе родной коммунистической партии и лично т. Сталина» в деле народного просвещения и особенно о создании народной интеллигенции, нашей советской интеллигенции, «свободной от тлетворного влияния буржуазной морали и культуры». Мало кто сейчас знает, да и помнит, что при Сталине высшее образование было платное, как и среднее школьное, бесплатным было только начальное и обучение в ФЗУ. Начиная с 8-го класса и по 10-ый, стоимость годового обучения составляла 150-200 рублей в год, институт обходился дороже – 300 – 400 рублей в год; при средней зарплате в промышленности 1940 г. в 339 рублей в месяц и при учете насильственной подписки на государственные займы не менее 30-50 рублей. Эти затраты были весомой статьей расходов и так не богатых советских семей. Плата за обучение в школах и институтах была отменена только после смерти «великого вождя», в 1954 году.

И буквально одной строчкой - не менее 20 лет советские граждане скрупулезно собирали облигации государственный займов, на которые их насильно подписывали, начиная с 30-х годов. Коммунисты не стеснялись применять в стране победившего социализма различного рода инструменты буржуазного финансового рынка, и совсем по буржуазному в 1957 году объявили дефолт по своим обязательствам, отказавшись оплачивать проценты и возвращать гражданам их занятые государству деньги. Правда, в отличие от «гнилого Запада», где такие займы добровольные, но никак не обязательные, они там, «эксплуататоры проклятые», государственные займы еще и страхуют, да и частные тоже в обязательном порядке. А наше «всенародное государство трудящихся», не обремененное буржуазной моралью, отказалось выплачивать, и все. Оно же - государство рабочих и крестьян, уж чего здесь мелочиться. Взяли и не отдали.

«Людям было не до работы, их основной заботой вновь стал поиск хлеба. Шла мировая война, а производство лихорадило – падала производительность труда, росла текучесть кадров, массовые прогулы, отказы работать, повальное отходничество, по сути, бегство из колхозов. Экономическое бессилие власти перед кризисом породило насилие, цель которого - вернуть людей из очередей на производство, заставить их работать и подавить недовольство... была принята серия «драконовских» постановлений и указов. Центральным являлся указ от 26 июня 1940 года, который установил уголовную ответственность за опоздания и прогулы, а также запретил несанкционированный администрацией переход рабочих и служащих с одного предприятия на другое»247. В очередной раз граждане платили по «счетам» некомпетентной власти. И платили своими жизнями, судьбами, здоровьем и свободой.

Великая война с собственным народом

Невозможно поставить точку в разборе коллективизации и индустриализации, этих социальных явлений, не подняв тему ГУЛАГа, тему подневольного труда. Подневольный труд является сердцевиной «левой» идеологии, по крайней мере, в нашей стране. Нет ничего более противоположного идеям свободного предпринимательства, а, следовательно, институтам капитализма и частной собственности, чем идеи и практики подневольного и бесплатного труда. Да, на Западе «левая» идея всего лишь паразитирует на перераспределении, и главными пострадавшими через налоговые институции являются предприниматели, уже на их «подневольном и бесплатном» труде (омертвленный капитал в виде сверхналогов) жиреют все эти социал-демократические модели развития общества, с их незатухающими инфляционными процессами. В любом случае, модель одна: у кого-то забрать и кому-то перераспределить. А это невозможно без какой-то значимой части отчуждения результатов труда, следовательно, невозможно без принуждения. А где принуждение, там подневольный и бесплатный труд, пусть не коммунистический тотальный, а обернутый в «фантик» социал-демократический.

ГУЛАГ, таким как мы его знаем, возник в 1930 году. До этого в Советском Союзе был всего лишь один лагерь – на Соловках, и он вполне справлялся с недовольными Советской властью. Неполитические заключенные содержались в гораздо более гуманных условиях. ГУЛАГ, как система, стал составной частью построения социализма в нашей стране, и чем больше социализма было в стране, тем больше было лагерного населения. При этом ГУЛАГ не был местом исключительного политического содержания противников режима, и не был средством создания общественного богатства. Он не был даже средством запугивания – он вообще не поддается логике рационального мышления. Он плод в чистом виде социалистических идей реализации моделей принудительного и бесплатного труда, естественной части социализма. Ведь если нет элементов принудительного и бесплатного труда, это все, что угодно, только не социализм.

Еще первые социалисты – утописты, признавая первородную греховность» человечества (библейские 7 грехов), считали: «…каждый постоянно будет стараться увильнуть от положенной ему по справедливости доли труда». Надзор за справедливым трудом будет осуществлять общество, в лице «получающих жалование должностных лиц», пока не будет улучшено нравственное состояние человеческой породы. Маркс в своем «Манифесте Коммунистической партии» также предостерегал, что «с уничтожением частной собственности прекратится всякая деятельность, и воцарится всеобщая леность», и для преодоления этого необходимо принуждение, до появления «нового человека» коммунистического общества. Вот она, сердцевина социализма, помните законы против тунеядцев, таких законов при капитализме не бывает, проблемы «безбилетных пассажиров» решаются другими инструментами, социализм решает это только через принуждение. Слава Богу, до коммунизма мы и не дожили.

В Российской империи на 1 января 1917 г. в местах заключения находилось 152 052 осужденных, на 1 января 1926 г., в уже советских местах заключения – 103 683 человека, и это вместе с Соловками. Как Вы помните, мы описывали атмосферу этих лет, в которой не было ничего благодушного для Советской власти, ее откровенно не любили. В стране, хотя ограниченно, ещё существовали институты частной собственности, но именно в те годы и решалось – как развиваться стране дальше. Понятно было лишь одно – нужна промышленная модернизация. Совсем как в сегодняшние времена. И вставал вечный национальный «проклятый вопрос», теперь уже перед советским правящим классом, «Что делать?», - ещё раз пробовать построить коммунизм, который как-то не получился в первые годы после октябрьского переворота, или пойти по пути социал-демократических преобразований? В первом случае – политическая самодостаточность и внутренняя закрытость, но деньги на модернизацию изыскивать внутри страны. Во втором – внешняя открытость, признание стандартных цивилизованных форм общественного устройства, а это - развитие институтов частной собственности и конкуренция в экономической сфере. И внешние займы на модернизацию. То есть – возвращение на путь имперской России начала XX века.

Модель, которую выбрали «кочевники», Вы знаете. И если в 1930 г. в местах заключения значилось 179 000 человек, то в 1931 году – это можно было бы назвать невероятным, если не было бы таким страшным... 2 миллиона 122 тысячи человек! В течение предыдущих 6 лет в СССР сидело в 20 раз меньше преступников, и невозможно поверить, чтобы в один год смогло появиться столько людей, осознанно совершивших преступление. Вдумайтесь – в один год более 2-х миллионов преступников. С точки зрения обычной человеческой логики, столько нормальных людей не могли разом совершить преступления, а если в таком количестве преступили некие законы, то эти законы аномальны. Конечно же, в основном осужденными были крестьяне из раскулаченных и жертвы начинающегося голода, попавшиеся за украденный кусок хлеба.

В тот год в столь умножившихся лагерях погибло от голода и неустроенности более 15% от списочного состава – каждый шестой. Кто помнит, коммунистическая пропаганда твердила, что, когда был отменен НЭП, первая страна социализма навсегда простилась с еще одной «язвой» рыночной капиталистической экономики – безработицей. А ведь на 1.04.28 г. в стране без работы было 1 млн 576 тыс. человек. Теперь Вы понимаете, как тогда коммунисты решили вопрос с безработицей: не менее 4 млн умерло от голода, и 2 млн было заключено в лагеря.

У меня эмоциональный вопрос к Вам, уважаемые читатели: Вы что пожелаете своим детям – жить в обществе, где 1.5 миллиона безработных, но есть институты частной собственности и, следовательно, богатые, выставляющие богатство напоказ, или в обществе, где от голода люди умирают, а правящий класс, конечно, не как буржуи, но живет сытно, и шанс, что Ваш ребенок сядет в уголовный лагерь, не предсказуем, как в лотерее?

В дальнейшем «население» ГУЛАГа то уменьшалось, то увеличивалось, и к 1936 г. обозначился уверенный тренд в росте количества узников советских концлагерей. Вот статистическая информация, таблицы и графики, взятые из коллективного труда группы авторов возглавляемого профессором Л.И. Бородкиным сборника «ГУЛАГ экономика принудительного труда» и из исследования М. Морукова «Правда ГУЛАГа, из круга первого»248. Все приведенные цифры даются в минимальных значениях.

Таблица 18

Годы


Всего з/к
в лагерях,
тыс. человек


По политич. статьям,
тыс. человек


% политич.


1936-1938


1457


131.3


9


1939-1945


1600


375.2


23.4


1946-1947


1712


380


22


1948-1953


2436


472


19.4



Информация группировалась по принципу максимального среднего изменения количества заключенных, можно сказать, по «волнам». Мы помним, что первая волна – это раскулаченные, затем уменьшение заключенных, и новая «волна» в 1936-1938 гг. Сразу бросается в глаза – на фоне сформированного общественного мнения о «Большом Терроре», как явления исключительно политического, очень низок процент политических заключенных. Даже с учетом расстрелов, 130 тыс. человек сели в эти годы по сомнительным контрреволюционным статьям. Да, «Большой террор» унес часть политического класса «кочевых», но всего лишь часть. И, судя по всему, не такую уж и большую. Кто же остальные, 90% заключенных?

Мы помним о, примерно, 100 тыс. профессиональных уголовников конца 20-х годов, выходит, что остальные 84% – а это не много, не мало - более 1 млн 200 тыс. человек, были осуждены без вины или были вынуждены нарушать преступные с общечеловеческой точки зрения законы. Глядя на эти цифры, понимаешь: надо проститься с еще одним мифом. Вот, убрали Ежова, и Берия уменьшил политические преследования, но по антисоветским статьям начали сажать в три раза чаще, и уже не останавливались до самой смерти Сталина. Как же так: всякая политическая оппозиция, легальная и нелегальная, давно уничтожена, а количество людей, сидящих в лагерях по этим статьям, все растет и растет? Ответ, как мне кажется, прост: один раз запущенный политиками маховик карательной системы с акцентом на антисоветскую деятельность уже начал работать, как вещь в себе. Это как дело «Юкоса» – пренебрегая законом, власти арестовали владельцев, а затем, опять же, пренебрегая законом, отобрали деньги и имущество. И вся современная карательная система тутже начала работать сама на себя и, конечно, с приростом, грабя легальных предпринимателей, по принципу расправы с «Юкосом».

Следующий феномен роста политических «посадок» – активное неприятие населением тех социальных практик, которые навязывали большевики. И население действительно садили по антисоветским статьям, и садили действительно за антисоветчину, пусть и выраженную в просто анекдотах. Власть продолжала бороться с народом, проживающим на территории, которую она захватила. Просматривая таблицу, Вы уже заметили, что во время войны количество заключенных даже увеличивалось, хотя все авторы, пишущие на эти темы, специально указывают, что количество тяжелых, чисто уголовных преступлений в эти годы уменьшилось. Карательная машина «кочевых» продолжала работать по-стахановски, чем больше социализма, тем больше посадок.

Виден и небольшой всплеск заключенных в 1946-1947 гг. Это наши солдаты вернулись из плена немецкого и попали в плен советский, плюс дембеля, которые били рожи тыловым «красным» крысам, плюс голод 1946-1947 гг. – женщины и дети за кусок хлеба. Резкий «взрыв» количества осужденных с 1948 г. – это продолжающие поступать в лагеря «пособники» с оккупированных территорий. Правда, настоящих полицаев всего чуть более 100 тыс. человек, остальные – гражданское население, выживавшее в годы войны, как могло.

Их сначала бросили коммунисты: во время войны все приграничные обкомы, горкомы и райкомы ВКП(б) бежали самые первые, Белоруский ЦК бежал на пятый день войны, хотя, как мы сейчас знаем, немцы вошли в Минск на девятый день. Их обгоняли только НКВД, успевая расстрелять заключенных в тюрьмах, но бросая архивы. А мы знаем: ни одна пограничная застава не покинула своих позиций, но все мосты немцы захватили, потому что их бросили «чекисты», они бросили мосты даже румынам.

И вот теперь эта «красная» нкэвэдэшная сволочь отправляла людей в лагеря за то, что они, чтобы выжить, просто работали на железной дороге, в мастерских, на шахтах, в магазинах и просто в органах местного самоуправления учителями и врачами. Из Прибалтики, западной Украины и Белоруссии только за один год отправлены в лагеря 380 тыс. К ним прибавляются жертвы ужесточения дисциплины 1947-48 годов.

На графике Вы видите общую динамику количества заключенных с 1936 по 1953 гг.: чем больше социализма, тем больше заключенных, а, следовательно, больше принудительного и бесплатного труда.

График 1

Если отталкиваться от приведенных цифр, то получим в среднем: в лагерях в указанные сроки находилось 1 миллион 865 тыс. человек, плюс в тюрьмах 280 тыс. человек. Итого – 2 млн 145 тыс. заключенных. Спец. поселенцы, раскулаченные и депортированные народы, также в среднем значение по годам – 1 млн 810 тыс. Да, они не сидели за колючей проволокой, но их выслали насильно, и относились они к «своему» департаменту ГУЛАГа. Ссыльных было всего – 65 тыс. человек. Итого, всех категорий «жителей» ГУЛАГа, в среднем за 17 лет победоносного построения социализма по... 4 миллиона человек. Каждый год. Четыре миллиона чем-то неугодных Советской власти, а это 16% трудоспособного населения страны. Сколько среди них было профессиональных уголовников? Тех, кто осознанно выбирает преступный образ жизни, или же, благодаря своей атнисоциальности, по медицинским или общежитейским обстоятельствам становятся закоренелыми преступниками? В изданиях, на которые мы ссылаемся в своих статистических исследованиях, на некоторые годы указана разбивка осужденных по статьям, и, если выбрать чисто уголовные статьи (убийства, разбои и т.д.), то получим, примерно, 14% осужденных – чистые уголовники. Это, примерно, 300 тыс. человек. Если смотреть статьи по кражам личного, колхозного и государственного имущества, и соотнести с долей профессиональных воров из этих 14%, то получим, примерно, 70 тыс. человек. Тех, кто крал, чтобы выжить, а таких большинство, мы будем считать жертвами обстоятельств и не причислим к званию – профессиональных уголовников. По этой же пропорции, вычтем устойчивый антиобщественный элемент из хулиганов, еще 40 тыс. человек. Итого, все профессиональные уголовники, не более
1   ...   36   37   38   39   40   41   42   43   ...   49

Похожие:

В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconКогда аденоиды мешают жить ребенку
Аденоиды есть у всех, но не всем они мешают жить. Если малыш постоянно простужен, все время дышит ртом, постоянно хлюпает носом,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconКнига задумывалась как документальная
Но кто-то или что-то постоянно заставляло меня оказываться в определенном месте и в определенное время, это непременно происходило....
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconВот, допустим, Вы давно последний раз видели, как молодой человек открывает дверь даме?
Пропустил даму вперед, он ответил что-то вроде: «я че, дурак что-ли???» (просьба сохранить орфографию) бывало, даже отвечали: «да...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconЯ из тех фермеров-середняков, которые уже наелись такого сельского...
Оказывается, есть выход! Он как всегда в горниле нашей истории в недрах жизненного опыта, кстати, очень современный и привлекательный...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconВ европу, конечно. А вы что подумали?
Окон. Девушка ответила весьма приветливо, но уже после нескольких вопросов я была в замешательстве. Ведь просто спросила про цены,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconРекомендации при основных психологических синдромах
Главное, что должны сделать взрослые в этом случае, — это обеспечить ребенку ощущение успеха. Необходимо объяснить родителям и учителю,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconЧто такое анабасис?
Кроме этого вездесущие оппоненты и по совместительству соседи: Мидийцы и Вавилоняне постоянно нарушали мирные договоры и альянсы,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconПосредничество при переговорах
Как правило, такая ситуация возникает в виду личной неприязни партнёров друг к другу, что мешает сконцентрироваться на сложном вопросе....
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconСоглашения и умолчания
Внимание – данный текст не является абсолютной истиной, автор не гарантирует 100% достоверности даже на момент написания, не говоря...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconС каждым днем мир становиться все уже и уже. Как-то вроде для человека...
«В отличие от человека прошлого, для человека настоящего, находящегося в перманентном стадии путишествия, мир ни в коем случае не...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
shkolnie.ru
Главная страница