В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с




НазваниеВ общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с
страница14/49
Дата публикации21.02.2013
Размер7.06 Mb.
ТипДокументы
shkolnie.ru > Философия > Документы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   49
Глава 3

^ ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ ВОЗВРАЩЕНИЯ
В ЕВРОПУ

Рабство под флагом модернизации

Петр I продолжил, расширил и дал колоссальное ускорение модернизаторской политике своего отца. Об этом написаны горы научной и художественной литературы, сняты документальные и игровые фильмы, проводятся съезды и симпозиумы, у каждого уважаемого государственника есть дома или на рабочем столе свой маленький, или не очень, бюстик энергичного реформатора. Повторять все высказанное по поводу этой, несомненно, эпохальной для Русского государства революции, подтверждая или опровергая частности, не входит в задачи нашего исследования.

Итак, в 1714 г. официально закончила свое существование поместная система, условные владения дворян были превращены в вотчины, т.е. выделенная в пользование служивому классу земля переходила по наследству. В 1719 г. за каждым дворянином персонально были закреплены все крестьяне, проживающие в его поместье, но право собственности на саму землю было по-прежнему обусловлено его службой. Дворяне продолжали и сами оставаться «крепостными государства»: их служба была бессрочна, при том что две трети фамилии должны были состоять на военной службе, а одна треть – на гражданской. Они не освобождались от телесных наказаний, по воле государя-реформатора обязаны были изменять место жительства. Каждый дворянин с рождения приписывался к своему полку или учреждению, где он в будущем должен был проходить службу. Такая изначальная заданность жизни устраивала далеко не всех и порождала массовое укрывательство от явки на службу. Ответная реакция не заставляла себя ждать: «Например, в 1711 г. 53 офицера, не явившиеся после отпуска в полк в Киевскую губернию, были лишены поместий, а их жены и дети выселены из имений. По указу 1720 г. дворянам, уклоняющимся от службы, грозили наказания кнутом, вырывание ноздрей и вечная каторга… Доносчики на уклоняющихся от службы получали вознаграждение из имущества; укрыватели же строго карались»89. К тому же для дворян стало государственным обязательством получение образования для карьеры: без образования законодательно было запрещено… жениться.

Вотчины (земельные участки с поместьем) теперь можно было наследовать и даже продавать: «Помещики продавали, передавали по наследству, меняли свои поместья, но все сделки совершались с разрешения государства и в строгих рамках: например, продать можно было лишь другим помещикам, которые вместе с землей приобретали все те обязанности, которые лежали на ее прежнем владельце. Реальное расширение прав не было зафиксировано в законе. Говоря строго юридически, помещики продавали, передавали по наследству, меняли, и т.п. лишь право пользования своим имуществом»90. Если в 1700 г. таких «вотчинников-лендлордов» в России было всего 136 фамилий, состоявших из 330 лиц, то уже в 1737 г. их было 64,5 тыс. человек. Неудобства для правящего класса от государственной службы Петр компенсировал демонтажем поместной системы и передачей русских крестьян в рабство. Лично Петру I принадлежит мерзейшая инициатива от 1719 г. по отмене юридической грани между холопами (т.е. рабами) и помещичьими крестьянами. Почему-то для многих это новость, что в допетровской России существовало классическое экономическое рабство в виде холопства. Теперь рабами становились все негосударственные крестьяне. Единственное ограничение, отличавшее русского крестьянина от античного раба (напоминаю тем, кому это «режет» ухо: до 1719 г. русские крестьяне были лично свободными, в Англии и Франции крестьяне были не только лично свободными, у них отсутствовало полицейское прикрепление к месту жительства) – это невозможность по прихоти владельца истязать или убить крестьянского раба, так как казна лишалась налогоплательщика и потенциального рекрута. Но кто мог контролировать взаимоотношения господ и холопов? Про садистку Салтычиху помнят все, кто учил историю в советской школе. В учебнике, правда, не говорилось, что произошло дальше. Салтычиху осудили, лишили гражданских прав и отправили в монастырь, посадив на цепь в темной камере до конца жизни. Усадьбу сравняли с землей, а настрадавшихся крестьян… распродали по другим помещикам.

Так завершился очередной цикл «передельной собственности»: при Алексее Михайловиче Тишайшем поместное право «умирает» постепенно, его тихонько приватизируют. Вошедший на трон в результате кровавой борьбы с крупными землевладельцами Петр устанавливает жесткий полицейский режим, под который окончательно ликвидируется система поместная и устанавливается служебная, вотчинная. Русский крестьянин законодательно становится рабом, в России повсеместно устанавливается социалистический уклад. Согласно постановлениям Петра крестьян можно было: покупать и продавать, менять, арендовать, разлучать с семьей в любом возрасте, закладывать и давать в рост, проиграть или выиграть в карты, изменять им по своему усмотрению место жительства. Помещик по своему усмотрению мог наказывать телесными наказаниями и ссылать на каторгу. Действия судов на крестьян не распространялись, жаловаться было запрещено, крестьяне лишались права даже на личное имущество.

От одичания юридически не ограниченный в отношении своих рабов правящий класс сдерживали только моральные ограничители, основанные на традиционных религиозных принципах, на страже которых стояла Православная Церковь, лишённая Петром патриаршества и через обер-прокурора Священного Синода поставленная в зависимое от государства положение. Во многом неприглядную ситуацию, в которой русские единоверцы разделялись на господ и рабов, смягчали простые сельские батюшки, которые своей кропотливой деятельностью очеловечивали нечеловеческую сущность новых законов. Православие, само гонимое государством в период от Петра I до Александра I, снимало конфронтацию между разными социальными слоями русского общества, создавая порой даже патриархальные отношения между помещиками и крестьянами, фабрикантами и рабочими. Именно негласная деятельность представителей Церкви постепенно позволила создать в дворянской среде ситуацию морального осуждения практики купли-продажи русских крестьян, которая только в 1832 г. была ограничена юридически.

Крепостное право при Петре I стало всесословным и осуществлялось в трех видах: государственное, частное и корпоративное. Единственным свободным человеком в России оставался только император. Зафиксированы многочисленные свидетельства, когда Петр самолично распоряжался не только недвижимым имуществом своих подданных, но также корпоративной и личной собственностью своих граждан, а также их трудом. В 1714 г. Петр запретил строительство каменных зданий, в т.ч. и частных, на всей территории страны, кроме Петербурга. Это привело к тому, что только в Москве за 36 лет правления царя-реформатора было построено всего 100 каменных домов. В сравнение: только за семь лет с 1682 по 1689 г. в первопрестольной их возвели около 3000. Самое поразительное, что и в новой столице каменных строений появилось тоже около ста, в Петербурге все силы уходили на рытье и закапывание каналов. «После смерти Петра I начинается бегство из Петербурга, которое к 1729 г. приобрело такой размах, что император Петр II, хотя и недолюбливавший этот город, вынужден был издать указ о возвращении жителей в Петербург силой»91. Многие города по приказу Петра должны были отправлять плотников и каменщиков в новую столицу, без срока и оплаты. В 1724 г., по случаю коронации своей жены, царь приказал конфисковать у купцов 60 самых лучших лошадей для эскадрона сопровождения и т.д. Нимало не смущаясь, император приказал конфисковать у Церкви колокола, которые были корпоративной собственностью монастырей (были и колокола, отлитые на средства посадских общин). Иностранцы, правда, обладали на территории страны особым иммунитетом и пользовались имущественной и юридической защитой своих стран. Не правда ли, очень знакомая ситуация для тех, кто помнит советские времена? Да и сейчас еще можно встретить высокопоставленного чиновника, который, выпучив от державного ужаса глаза, выпалит: «Да это же и-н-о-с-т-р-а-н-ц-ы!!!», хотя тут же во всех бедах России будет обвинять злодейский Запад.

В условиях примитивных производительных отношений, – когда не существует достаточного числа независимых экономических агентов, которым не мешают генерировать прибавочный продукт, и этот совокупный прибавочный продукт еще и еще раз вкладывать в развитие производственных отношений, на новом уровне добиваясь все новых и новых «излишков» прибавочной стоимости, – во всей своей азиатской красоте приходит необходимость чрезвычайной государственной сверхэксплуатации людских и материальных ресурсов страны и общества. Или для спасения страны, или для обеспечения ее будущего цивилизованного существования. Не будь до Петра полутора столетий построения правящим классом азиатского государства, не потребовалось бы «рвать животы», чтобы на равных противостоять шведам. Не будь сам Петр азиатом по сути своих реальных поступков и действий, не надо было бы костями устилать будущую «Северную Венецию». В иной системе социальных отношений для построения мануфактурного производства не требуется насильно сгонять крестьян целыми деревнями (после гибели предыдущих) и прививать через розги производственную культуру, а для построения флота опустошить и обезлюдить целую Воронежскую губернию. Есть ведь и другие исторические примеры и решения. В той же Англии на мануфактурах работали тоже не сытые люди, но у них всегда было право покинуть ненавистное рабочее место. Любой, кто когда-нибудь соприкасался с советским пропагандистом, знает, что далее последует: право-то есть, а была ли возможность? Отвечаю: конечно была, иначе не появилось бы машинное производство с такой экономией трудовых ресурсов, иначе бы луддиты не крушили бы машины с таким остервенением. Не будь Петр по крою одежды европейцем и азиатом по мышлению, не пришлось бы правительству в 1721 г. разрабатывать особое посессионное право, позволяющее, в конце концов, признавать заводских крестьян собственностью завода. Даже не собственностью хозяина-заводчика, а именно завода, как сырье или станки!

Да скорее всего, Запад не интересовал Петра как цивилизация, как прообраз жизни русского общества, а был всего лишь инструментом реализации собственной политики: «Вот почему хочется верить дошедшему до нас через много рук преданию о словах, когда-то будто бы сказанных Петром и записанных Остерманом: «Нам нужна Европа на несколько десятков лет, а потом мы к ней должны повернуться задом». Итак, сближение с Европой было в глазах Петра только средством для достижения цели, а не самой целью»92. Еще одним доказательством этого предания является полное игнорирование императором-реформатором таких фундаментальных западных общественных институтов, как парламент, коммерческие банки и, конечно, частная собственность с независимым (от дворян) королевским судом. Без развития этих систем невозможно «привитие» европейского образа общественной жизни. Там, где они были приняты и развиты, европейство приживалось даже в таких традиционно дальневосточных странах как Япония, и даже Южная Корея и Тайвань. Без реального парламентаризма и банковской системы, частной собственности и независимого суда получался лишь «развитой социализм» или «суверенная демократия». Поразительно, что уже более чем через 100 лет известный американский культуролог, профессор Бостонского университета Л. Гринфельд, напишет: «Петр вовсе не имел намерения превратить русских в вольнодумцев, рассматривая перемену самосознания лишь как насущную необходимость, потребную ему для достижения гораздо более важных, в основном, военных целей... Петр хотел вывести новый вид слуг, способных эффективно выполнять его волю и всегда охотно готовых на это, когда и куда бы их ни призвали. У него и в мыслях не было выводить новый вид людей. Новое западное знание, которое он заставлял принять своих подданных, оставалось практическим. Царя не дух (Bildung) интересовал, а лишь тренировка специалистов и технического персонала»93. Советские историки испишут тонны бумаги, разбирая, как это так получилось, что на Западе мануфактурное производство стало предвестником капитализма, а в России еще более укрепило крепостное право? Ответно советологи на Западе напишут не меньше о загадочной русской душе, а патриотические публицисты от «почвы» объяснят это нашим особым историческим путём. В конце концов, коммунист Зюганов в одной телепередаче скажет: «Но зато мы чугуна производили больше всех тогда в Европе». Да, производили перед Отечественной войной сталь и трактора, но это почему-то не повлияло на наши человеческие потери. А перед крахом Советского Союза мы больше всех в мире стали выпускать металлорудных окатышей, что тоже не остановило наступления демографического «русского креста».

Кстати, о чугуне – такого количества металла в стране, где отсутствует крупное и развитое частное производство, просто не требовалось. Его «по дешевке» вывозили в Англию, где как раз он был востребован для начинающейся промышленной революции, начатой частным капиталом и промышленниками. Когда изменилась внешнеполитическая ситуация с Англией, произошел «обвал» русской горнодобывающей и металлургической промышленности России. Знакомая ситуация, не правда ли?

^ Историческая необходимость никогда не бывает милосердной, но цену этой необходимости всегда определяет компетентность правящего класса. В прямом смысле цена петровских реформ – это полное разорение Российского государства: «К 1725 году государство полностью обанкротилось: недоимки податей за 1724 год достигли одного миллиона рублей (при девяти миллионах расходной части бюджета), а за две трети 1725 года (т.е. сразу вслед за смертью Петра) до двух третей исчисленного оклада»94. Иным господство «социалистического» уклада и не могло закончиться. Чем можно измерить компетенцию азиата-государственника? Только компетенцией коммуниста. Поэтому советские историки сравнивали Магистратскую реформу Петра 1721 г. с западными аналогами. И находили много общего: те же гильдии, те же цеха. Даже элементы самоуправления иногда совпадают (очередной «зародыш»). В такой логике точно – Петр принес в российский город настоящие буржуазные отношения. Только вековечная лень и отсталость русского народа да Православная церковь не позволили нам и дальше лить чугуна больше всех в Европе. Да еще и масоны зародились, как писали публицисты-государственники, и тоже пакостили нам немало. Но стоит присмотреться, как на «поверхности» обнаружится, что пресловутые полуназначаемые и полувыборные магистраты не занимались хозяйственной деятельностью, а собирали «токмо» государственные налоги. А если заглянуть «поглубже», то откроется неизменность производительных отношений вековой посадской общины и её взаимоотношений с государством. Но настолько вглядываться в петровские нововведения было нельзя, слишком похожими они становились на советскую действительность. Ведь если наступившие при Петре «буржуазные» отношения в городе, а тем более такой передовой строй, как социализм, очень похожи на классический азиатский феодализм, то это… очередная буржуазная фальсификация.

Петром же была введена и клятва, на имя… государства. До того правящий класс присягал лично монарху, а позже, в более цивилизованные времена, он стал присягать «Вере, Царю и Отечеству». Согласитесь, государство и Отечество – это разные категории. Отечество – это та территория, на которой исторически проживает твой народ (Крым принадлежит другому государству, но эта земля, столь обильно политая русской кровью и овеянная русской славой, что каждый нормальный русский считает ее своей землей), культура и национальные обычаи, история и природный ландшафт, наука и научные школы, ментальность, Церковь, религиозное чувство и традиции. И, наконец, сам народ, его быт и социальная жизнь. Согласитесь: флаг, герб, общественно-политический строй, армия, полиция, тюрьма, и – о! – его величество бюрократия, т.е. всё, что определяет функции государства, влияют и являются частью признаков Отечества и Общества, но это, слава Богу, всего лишь их часть. Давать клятву тюрьме и высшему бюрократу или же земле своих предков и своему народу – это разные понятия. Поэтому для автора Деникин всегда будет патриотом: он защищал Отечество от нового нелегитимного большевистского государства, а вот бывший «красный» командарм Власов – предатель, переметнувшийся от одного нелегитимного государства к другому, иностранному, посягнувшему на Отечество. Сталин построил большое и грозное государство, но истребил великое множество
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   49

Похожие:

В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconКогда аденоиды мешают жить ребенку
Аденоиды есть у всех, но не всем они мешают жить. Если малыш постоянно простужен, все время дышит ртом, постоянно хлюпает носом,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconКнига задумывалась как документальная
Но кто-то или что-то постоянно заставляло меня оказываться в определенном месте и в определенное время, это непременно происходило....
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconВот, допустим, Вы давно последний раз видели, как молодой человек открывает дверь даме?
Пропустил даму вперед, он ответил что-то вроде: «я че, дурак что-ли???» (просьба сохранить орфографию) бывало, даже отвечали: «да...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconЯ из тех фермеров-середняков, которые уже наелись такого сельского...
Оказывается, есть выход! Он как всегда в горниле нашей истории в недрах жизненного опыта, кстати, очень современный и привлекательный...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconВ европу, конечно. А вы что подумали?
Окон. Девушка ответила весьма приветливо, но уже после нескольких вопросов я была в замешательстве. Ведь просто спросила про цены,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconРекомендации при основных психологических синдромах
Главное, что должны сделать взрослые в этом случае, — это обеспечить ребенку ощущение успеха. Необходимо объяснить родителям и учителю,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconЧто такое анабасис?
Кроме этого вездесущие оппоненты и по совместительству соседи: Мидийцы и Вавилоняне постоянно нарушали мирные договоры и альянсы,...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconПосредничество при переговорах
Как правило, такая ситуация возникает в виду личной неприязни партнёров друг к другу, что мешает сконцентрироваться на сложном вопросе....
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconСоглашения и умолчания
Внимание – данный текст не является абсолютной истиной, автор не гарантирует 100% достоверности даже на момент написания, не говоря...
В общем-то, любимая у отечественных гуманитариев и политиков. И книг тут уже не счесть, однако, как ни странно, постоянно возникает ощущение какой-то недосказанности. Вроде бы рассмотрено все со всех сторон, но что-то постоянно ускользает из поля зрения. И в данном случае весьма кстати оказывается с iconС каждым днем мир становиться все уже и уже. Как-то вроде для человека...
«В отличие от человека прошлого, для человека настоящего, находящегося в перманентном стадии путишествия, мир ни в коем случае не...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
shkolnie.ru
Главная страница