Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4




НазваниеГарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4
страница5/27
Дата публикации22.02.2013
Размер3.84 Mb.
ТипДокументы
shkolnie.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

* * *
Бруно, милостью Божьей император Римской империи, а по своему собственному разумению — заместитель Бога на Земле, стоял в главных воротах крепости Пигпуньент и наблюдал за ведущимися во дворе работами.

Куда бы ни упал его взгляд, там люди начинали стараться изо всех сил. Это не доставляло ему особого удовольствия. Так и должно быть. Хотя лицо императора оставалось бесстрастным, его переполняло такое неистовство, что он с трудом владел собой. Дважды во время своей бешеной скачки от места падения летающей машины обратно в крепость он с такой силой непроизвольно сжимал поводья, что жеребец вставал на дыбы, едва не скидывая седока. Зато он вернулся вовремя. В этом он был уверен. Как и в другом — все представление с огнями в небе было именно тем, о чем догадался его тщедушный дьякон: отвлекающим маневром. Несомненное свидетельство, что искомая реликвия находится где-то поблизости. Если бы он только мог взять ее! Сжимая в руке снабженное новым древком Копье, с которым никогда не расставался, Бруно позволил себе то, что делал лишь в моменты сильнейших переживаний: прижался щекой к наконечнику, пролившему кровь Сына Господня, чтобы ощутить исходящие от металла силу и уверенность, по праву предназначенные для императора.

Во дворе царила суматоха, как на последней несжатой полоске поля, где загнанные в ловушку крысы мечутся, пытаясь избежать приближающихся к ним серпов и дубинок. Но так могло показаться только постороннему глазу.

Император же видел порядок в кажущемся беспорядке. Люди, которые днем и ночью работали над разорением этого гнезда еретиков, снова были пригнаны на работу со своими кирками и тачками, крепили блоки и канаты огромного подъемного механизма, с помощью которого вывороченные камни скидывали в пропасть. В углу двора их начальник, позволивший людям бросить работу, когда появились огни в небе, вопил, лежа на козлах из скрещенных копий, а два сержанта Ордена методично отсчитывали назначенные императором две сотни ударов плетью. Его бывший заместитель, ныне повышенный в должности, побледнев от страха, стоял в центре двора и выкрикивал распоряжения.

Проблему создавал лазарет. Исполненный заботы о благополучии тех, кто служил ему преданно, Бруно распорядился отвести на центральном дворе место для коек полевого лазарета, в который непрерывно поступал тоненький поток раненных в стычках с местными жителями и более интенсивный поток тех, у кого нога попала под камень или рука запуталась в переплетении канатов. Только в самой крепости в изобилии имелась чистая вода — в колодце, уходящем глубоко в скалу. Именно в питьевой воде пострадавшие нуждались больше всего. Теперь, однако, из-за пожара и паники ручеек раненых превратился в целый водопад. Люди, обгоревшие в пожаре, с переломами из-за падений, идиоты, которые поранились собственным оружием. Надо отменить приказ, по которому всех пострадавших отправляют в крепость, решил Бруно. Пусть подождут на прилегающей равнине до утра.

Они уже начали мешать рабочим. Вон в том углу группа людей с носилками идет совершенно не в ту сторону. Бруно открыл было рот, чтобы окликнуть их, потом передумал, угрюмо велел Тассо заняться этими придурками, а сам повернулся к подоспевшему Агилульфу и прорычал ему распоряжение — всех пострадавших, кто еще не нашел себе койку, убрать и больше никого не пускать.

Вернувшись к наблюдению за двором, Бруно увидел группу людей, проталкивающихся через ворота. Люди в ней отличались выражением, написанным на их лицах. Это был не страх, а ликование и торжество. Едва они вошли, как в воротах показался верный Эркенберт, он шел пешком, оставив мула у подошвы горы.

— Что вы там нашли? — спросил Бруно.

— Крысу, — ответил их вожак, один из братьев Ордена. Глаза его поблескивали в красном зареве. Вольфрам, узнал Бруно, добрый воин из святого Эхтернаха. — Она выбежала из крепости и попала прямо в руки Дитриху.

— Из крепости? Но ваш пост с западной стороны, там нет ворот.

— Нет ворот, о которых мы знаем, herra. Но этот мальчишка как мышонок выбежал к западному ущелью. Он не спускался по стене, мы бы его заметили.

Он мчался сломя голову, только пятки сверкали.

— Я подцепил его древком копья, — добавил грузный Дитрих. — Он сломал ногу и пытался завизжать, но я зажал ему рот. Он не смог предупредить тех, кто все еще внутри.

— И взгляни-ка сюда, herra, — продолжал сержант Вольфрам с сияющим от удовольствия и предвкушения лицом. — Взгляни, что крысеныш нес в свою норку.

Он развернул узелок у ног императора. Из него высыпались кубки, тарелки и массивный подсвечник. Золото заблестело в свете догорающего на равнине пожара.

Бруно нагнулся, поднял одно из блюд, ощутил его несомненную тяжесть.

На нем что-то выгравировано. Трудно прочитать. Не буква ли "N", написанная плохим почерком?

— Что ты можешь из этого заключить? — спросил Бруно, передавая блюдо Эркенберту.

— Немногое, — ответил дьякон. — Но это не из имущества какого-нибудь сельского барона. Больше похоже на блюдо для облаток в соборе у Римского папы. Боюсь, нам придется спросить у мальчика.

Взгляды обратились на пленника. Совсем юный, с искаженным от боли лицом, одна нога поджата, чтобы не касаться ею земли. Смуглый, в плохой одежде. Из местных. После зрелища разбитого змея и его мертвого летуна Бруно наполовину ожидал увидеть еще одного проклятого англичанина.

— Пытались допросить его?

Вольфрам кивнул:

— Мы его не понимаем. Он нас тоже.

— Я найду переводчика, — сказал Эркенберт. — А потом мы сделаем то, что необходимо. Уведите его за ворота.

— Еще одно, — сказал Бруно. — Я знаю, что ты не будешь слишком добрым. И ни перед чем не остановишься ради того, что я должен от него узнать. Но вот мой совет. Никогда не начинай с легкой пытки, которую потом будешь усиливать. Мужество приходит во время сопротивления. С самого начала сделай ему очень больно, больнее, чем он сможет выдержать. Потом предложи ему, как от этого избавиться, — Как только я найду местного священника для перевода, — обещал Эркенберт.

Пойманный мальчишка вертел головой из стороны в сторону. Он уже увидел то, что ему было нужно. А что же ему делать теперь? Должен ли он умереть как Маркабру и его воины? Он не знал.

На сотню ярдов ниже, в толпе изгнанных инвалидов и санитаров, Свирелька и его помощники боролись со своей нелегкой ношей — с Граалем, к срединному шесту которого был крепко привязан Шеф; он раскинулся на выступающих в стороны ступеньках, за которые держались носильщики, а его легко опознаваемое лицо с одним глазом было прикрыто тряпкой, словно у обгоревшего или умершего человека. Ришье семенил позади них, посерев от страха, но крепко сжимая в руках сверток со своими драгоценными книгами.

Ему довелось пройти в двадцати футах от земного воплощения дьявола, от самого императора. Слава Богу, истинному Богу, чья власть над Землей была узурпирована лживым дьяволом христиан, что все внимание Бруно отвлек несчастный Маури. Что теперь будет с Маури... увы, это еще раз продемонстрирует силу Князя мира сего, которому даже истинный Бог не всегда может противостоять в своем незаконно отнятом царстве.

Когда они устремились вниз по склону горы, их подстегнул раздавшийся сзади отчаянный крик. Пастушки смогли узнать этот голос, даже искаженный болью.
Глава 4
— Так мы потеряли Маури, — закончил Ришье.

Горестный крик вырвался у одной из женщин в собравшейся толпе поселян — должно быть, у матери мальчика. Ансельм не произнес ни слова, попрежнему неуверенно посматривал на самую драгоценную реликвию их секты, стоявшую открытой для взглядов непосвященных и язычников. «Повидимому, он наконец-то стал осознавать, что после выноса Грааля из крепости его проблемы только начинаются», — мрачно подумал Шеф. Он потихоньку отошел в сторону, испытывая знакомую боль в мускулах ног после езды на лошади, которую ему удалось украсть.

— Кого вы потеряли? — спросил Шеф, глядя на Квикку, стоявшего во главе отряда людей Пути. — Мы видели, как кто-то упал.

— Мы потеряли двоих. Толман жив, но расшибся.

— Двоих? Мы видели только одного падающего.

— Это был Убба, — вмешался Стеффи. — Мы не знаем, что с ним произошло, но, прежде чем Толман выпил отвар мака, чтобы уснуть, он успел рассказать, что было очень трудно поджигать и кидать факелы, ничего не задев, ведь змей все время раскачивался и все такое. Видно, Убба поджег сам себя. После этого у него не было шансов.

— А тот, другой, как его звали? Хелми? Сирота Хелми, невысокий бледный мальчик.

— Он возвращался вполне благополучно, но летел слишком быстро. Он врезался в скалы ниже нашей площадки. Змей рассыпался, и Хелми упал с высоты футов двести. Мы не смогли найти тело.

На Шефа начала наваливаться депрессия вместе с усталостью и запоздалым потрясением от всех страхов, которые он слишком долго подавлял в себе. Он пришел, чтобы спасти Свандис, и он ее спас — но от чего? Эти люди и не собирались ее убивать. Если бы он не пришел за ней, они бы ее просто отпустили. Спасая одну, он убил двоих. Это только из своих людей. Что же до градуаля, или Грааля, или как там его величают, может быть, Маури и умер за него с радостью, но вряд ли эту жертву оправдывала старая деревянная лесенка, которую он все еще держал в руках. Шеф равнодушно перебросил ее Ансельму, тот машинально поймал ее, а потом выпятился, словно держал в руках гадюку. Его пытались также подкупить с помощью секрета греческого огня, но что он в конце концов узнал? Что от селитры огонь горит ярче и что пламя можно окрашивать в разные цвета. Это не имеет с греческим огнем ничего общего.

— Толман не так уж плох, — начал Квикка, увидев выражение его лица. — Просто он приземлился немножечко слишком жестко, закувыркался по камням. Мы его усыпили маком, пусть выздоравливает. — Квикка помялся.

— Но все-таки он летал, государь. Даже над сушей и вдобавок ночью. Без всяких дурацких перьев и прочего.

Шеф кивнул. Это было как-никак достижение.

— Что мы теперь будем делать? — продолжал Квикка.

— Сейчас скажу. — Шеф оглядел кольцо слушателей, людей Пути и еретиков, смешавшихся на крошечной главной площади горного селения.

— Во-первых, Ансельм. Император просто обязан будет выяснить, откуда пришел Маури и кто он такой. А также что унесли мы. Можешь быть уверен, что скоро вся армия уйдет из Пигпуньента и двинется вслед за вами.

— Мы высоко в горах, а они не знают тайных троп...

Шеф прервал его:

— Ты не знаешь императора. Какие у вас есть самые безопасные убежища, спрячьте там всех. Вы лишитесь вашего скота и ваших домов. — Он пнул один из валявшихся прямо на земле золотых свертков. — На вашем месте я бы использовал это золото для восстановления хозяйства после того, как Бруно уйдет.

Ансельм нерешительно кивнул:

— Пещеры, пещеры летучих мышей. Мы можем спрятаться в них...

— Начните не откладывая. — Шеф показал на деревянную лесенку. — Возьмите это. За ваш Грааль уплачено тремя человеческими жизнями. Надеюсь, для вас эта цена не слишком высока. — Шеф повернулся в другую сторону и заговорил другим тоном: — Что касается нас, Квикка, ты помнишь, как Бранд сказал, что мы спустимся с гор быстрее, чем поднимались? Собери наш обоз, загрузи мулов, не забудь взять Толмана, и возвратимся к нашим кораблям как можно скорее. Конница императора уже в пути, и я хочу опередить ее.

— А когда вернемся на корабли?

— Сразу в путь, как только Хагбарт сможет поднять паруса.

Когда Ансельм и Квикка начали отдавать распоряжения, толпа потихоньку рассосалась. Шеф отошел в сторонку, устало присел на край деревенского колодца, потянулся за ковшом, который бросил на землю всего два дня назад.

Через несколько мгновений он обнаружил рядом с собой Свандис, ее порванное белое платье было уже аккуратно зашито.

— Итак, — произнесла она, — что же бог еретиков дал тебе взамен жизни этих мальчишек? Деревянную лесенку? Или ты со старым дураком пожертвовали ими вообще напрасно?

Шеф вяло удивился, почему люди считают, что они могут чем-то помочь, задавая подобные вопросы. Как будто бы он сам не задумывался над ними.

Ведь если богов вообще не существовало, как неустанно твердила Свандис, что ж, тогда действительно все было напрасно. Закончив свои распоряжения, к ним приблизился Ансельм. Он преклонил колена перед молодым королем:

— Ты спас нашу реликвию, и мы должны возблагодарить тебя.

— Я спас ее, потому что вы похитили Свандис. Думаю, вы все еще остались мне должны кое-что.

Ансельм помялся:

— Золото?

Шеф покачал головой:

— Знания.

— Мы рассказали тебе все, что знаем про огонь.

— Кроме золота и Грааля, мы вынесли из крепости книги. Истинные Евангелия, как назвал их Ришье. Почему вы не поведаете о них миру, как христиане поступают со своими Евангелиями?

— Мы верим, что знания — только для мудрых.

— Что ж, может быть, я достаточно мудр. Дайте мне одну из ваших книг.

Иудеи, христиане и мусульмане, они все смеются над нами, людьми Пути, и говорят, что мы не люди Книги. Так что дайте мне одну из ваших книг, книгу с подлинным вероучением Иисуса. Возможно, после этого к нам станут относиться серьезней.

«Книги только для посвященных, — подумал Ансельм. — Учение нужно не просто прочитать, его нужно объяснить так, чтобы даже невежды не смогли понять его превратно. У нас только три экземпляра, и наш закон запрещает сделать больше. У варварского короля здесь тридцать человек, вооруженных непонятным оружием. Он, если захочет, сможет забрать все книги и Грааль вместе с ними. Из-за нас умерли его мальчишки. Лучше его не злить».

— Я дам тебе одну книгу, — неохотно сказал Ансельм. — Но сможешь ли ты прочитать ее?

— Если я не смогу, прочтет Соломон. Или Скальдфинн. — И Шеф вспомнил английскую пословицу: — Истина сама себя покажет.

«Что есть истина?» — подумал Ансельм, вспомнив слова Пилата в христианском Евангелии. Но не осмелился ничего сказать.
* * *
— Итак, мы упустили прокля... священную реликвию, когда она была у нас под самым носом, — прорычал император. Он провел неспокойную ночь, спать мешали не столько крики, доносившиеся из палатки, где делал свое дело Эркенберт, сколько его собственные мысли. А после ночи все утро поступали сообщения о всяческих неприятностях и дезертирстве, его войска из-за страха и переполоха рассеялись по округе.

— Да, — ответил черный дьякон. Он не боялся гнева императора. Он знал, что даже в самом дурном настроении Бруно сохраняет способность судить по справедливости. За это люди императора и любили его.

— Ладно. Скажи мне самое худшее.

— Эта штука, Святой Грааль, как называл ее мальчишка, была здесь, глубоко под землей. Мы уже почти нашли ее. Твой соперник. Единый Король, тоже побывал здесь. Мальчишка описал его безошибочно. Огни в небе — они, как я и сказал, были всего лишь отвлекающим маневром.

Император кивнул:

— Я не забыл своего обещания, и место во главе бывшей епархии Вульфира все еще вакантно. Дальше.

— Маневр удался. Пока дозорные занимались паникующими франками, враги проникли в крепость по какому-то тайному ходу. Добрались до святынь своего еретического вероучения, в том числе до Грааля, — а это, как ты и думал, лесенка. Мальчишка не знает, почему она священна.

— Как они выбрались оттуда?

— Мальчишки, конечно, уже не было с ними. Он ударился в панику, и его схватили бдительные часовые.

Император снова кивнул, решив про себя не наказывать, как собирался, Вольфрама и его людей. Успех отвлекающего маневра не был их виной, они ведь даже не реагировали на него, по крайней мере, не больше, чем сам император. И позже они оказались достаточно бдительны.

— Он не смог сказать, как выбрались остальные. Но было одно обстоятельство, которое он пытался скрыть от нас. Это выяснилось под конец.

— Тут Эркенберт замялся. Может, император и справедлив, но здесь речь шла все-таки об унижении. — Под конец мальчишка решил рассказать все, поскольку понял, что его признания уже не имеют значения. Его друзья уже выбрались из крепости. Он видел, как они прошли мимо нас.

Император сощурился и выпрямился на походном табурете:

— Он не мог пройти мимо меня. Ни один одноглазый не пройдет мимо меня, чтобы я не посмотрел на него очень пристально.

Эркенберт потупился:

— Его привязали к лесенке, и она выглядела как носилки. Ты сам приказал Тассо вытолкать их за ворота.

Последовало долгое молчание. Наконец Эркенберт поднял взгляд. Не замыслил ли император одно из своих жестоких самонаказаний? Он смотрел на кончик своего меча.

— Я его держал у самого горла этого человека, — бормотал Бруно. — Он, как девственница, был уже в моей власти. Мне оставалось только воткнуть меч. И я этого не сделал. Я говорю тебе, Эркенберт, мое доброе сердце меня погубит, так всегда вздыхала моя матушка. — Он усмехнулся. — Значит, они прошли мимо нас. И, разумеется, убежали в горы. Нам придется их преследовать. И, разумеется, вся проклятая конница разбежалась, или дезертировала, или отправилась поить своих проклятых лошадей, или что там еще. Но я своего добьюсь. Ладно, Эркенберт, найди мне проводника из местных.

Маленький дьякон не двинулся с места.

— Прости, государь, но подумай еще раз. Грааль, конечно, находится теперь далеко в горах, и поиски его могут оказаться очень трудными. Но разве это сейчас самое важное? Ваш соотечественник, капеллан Арно, который ныне на службе у папы, учил меня всегда находить на войне Schwerpunkf, главный пункт атаки или обороны. Не думаю, что сейчас этот пункт находится в горах. Я думаю, он находится там же, где Единый Король. Или там, куда Единый Король направился.

«Он и сегодня не может удержаться от этого титула, — подумал Бруно. — Несомненно, хочет подстегнуть меня. И это ему удается».

— Ладно. И где же находится он, король Шеф Победоносный? Как его величают, когда думают, что я не слышу.

Эркенберт пожал плечами:

— Где всегда находятся пираты? На своих кораблях. В гавани Септимании.

В городе евреев.

Глаза Бруно заблестели чуть более угрожающе.

— Еретики и евреи. Язычники и вероотступники. Господь послал Своего Сына умереть ради них на кресте, а они даже спасибо не сказали. Уж лучше проклятые мавры, они хоть во что-то верят. Да, мы знаем, что их корабли стоят в Септимании, потому что Георгиос их там видел. Можем ли мы быть уверены, что они там и останутся?

— Георгиос их подстерегает.

— Но если поднимется ветер, Георгиос не сможет их остановить, они с дальнего расстояния просто разнесут его галеры на кусочки, он сама этом признавался.

Эркенберт потупился:

— Я... я, государь, уже предпринял некоторые шаги, чтобы изменить такое положение вещей. Чтобы не терять времени, я отдал приказ от вашего имени.

В общем, я ведь не спал во время битвы при Бретраборге против проклятых датчан и все видел.

Император протянул руку и нежно похлопал коротышку-дьякона по плечу:

— Не делай для меня слишком многого, товарищ мой, или мне придется сделать тебя папой Римским. А ведь проклятый итальяшка еще не умер.

Правда, это дело поправимое.

Внезапно он уже оказался на ногах, потребовал своего жеребца, шлем и Агилульфа. А через секунду он уже был снаружи, схватился за луку высокого франкского седла на своем жеребце. Он взлетел в седло, не касаясь стремени, поудобней примостил свой длинный меч, схватил брошенный ему шлем и повесил на луку.

— Куда вы направляетесь? — крикнул Эркенберт.

— На похороны.

— Людей, которые погибли прошлой ночью?

— Нет. Ребенка, который упал с небес. На шее у него был молоточек, поэтому его нельзя хоронить в освященной земле, но я приготовил для него отдельную могилу. И ночью вырезали надгробный камень. На нем надпись:

«Der erste Luftreiter»«Первый небесный всадник». Это немалые почести, правда?

Он умчался, сопровождаемый дождем искр, которые высекали из камней металлические подковы. Стоявший у входа в палатку bruder Ордена, невозмутимый бургундец по имени Йонн, с любовью улыбнулся вслед удаляющемуся императору, обнажив при этом сильно повыбитые зубы.

— Он настоящий ritter, — сказал сержант. — Уважает смелость даже у врагов.

«Мальчишка Маури до сих пор жив, — подумал Эркенберт. — Возможно, он успел достаточно оправиться, чтобы рассказать еще немножко. Возможно, теперь он заговорит сразу, при одном виде своего собеседника».
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

Похожие:

Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconГарри Гаррисон Джон Холм : Король и Император Гарри Гаррисон Джон...
Это же просто деревня, — возмущался кое-кто. — Несколько хижин на обочине. Столица Севера! Да это даже не столица болот. Никогда...
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconЖанр: Ужасы, фантастика, триллер Продолжительность
В ролях: Том Скерритт, Сигурни Уивер, Вероника Картрайт, Гарри Дин Стэнтон, Джон Хёрт, Йен Холм
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconДжоанн Кэтлин Роулинг Гарри Поттер и узник Азкабана Гарри Поттер 3
Школу Чародейства и Волшебства пробрался убийца, на счету которого множество жизней и людей, и волшебников. Для охраны школы приглашены...
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconГарри Поттер и кубок огня
Питеру Ролингу в память о мистере Реддле и Сьюзен Сладден, выпустившей Гарри из чулана
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconСтатья 147 молот ведьм
«Молот ведьм». Звали этих людей Генрих Крамер и Якоб Шпренгер. Книга имела бешеный успех. Опубликованная впервые в 1486 году, в течение...
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 icon«Был ли смысл в XIV веке сжигать ведьм?». Перо задержалось на первой...
Гарри Поттер — необычный мальчик во всех отношениях. Во-первых, он терпеть не может летние каникулы, во-вторых, любит летом делать...
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconДж. К. Роулинг Гарри Поттер и Дары Смерти
Эта книга посвящается семерым людям сразу: Нейлу, Джесике, Дэвиду, Кензи, Ди, Энн — и тебе, если ты готов остаться с Гарри до самого...
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconДжоанн Кэтлин Роулинг Гарри Поттер и Тайная комната
Это вторая книга о приключениях Гарри Поттера. Он снова вступает в отчаянную схватку со злом. На этот раз враг его так силен, что...
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconД. К. Роулинг Гарри Поттер и Комната Секретов
Уже не в первый раз в доме номер четыре по Бирючиновой аллее за завтраком разгорелась ссора. Мистер Вернон Дурслей был разбужен слишком...
Гарри Гаррисон Джон Холм : Император и Молот Гарри Гаррисон Джон Холм Император и Молот Крест и Король4 iconГарри Поттер и Вольдеморт. Финальная сцена. Вольдеморт:- на колени!!!...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
shkolnie.ru
Главная страница